Лицо ее закройте. Изощренное убийство

Так что ты сказал?

Доктор Штайнер все повторил. На этот раз реакция Вэлды была именно такой, как он ожидал.

— Убита! Нет! Дорогой, как это неприятно! Мисс Болем… А это разве не та занудная старая заведующая, которую ты ненавидел? Та самая, что пыталась обсчитать тебя, когда речь шла о дорожных расходах?

— Я не могу сказать, что ненавидел ее, Вэлда. В некотором смысле я ее уважал. Она всегда оставалась бескомпромиссно честной. Конечно, она была довольно навязчива, запугана собственной подсознательной агрессивностью, вероятно, сексуально фригидна…

— Об этом я и говорю, дорогой! Я знаю, ты терпеть ее не мог.

О, Поли, никто ведь не подумает, что это сделал ты, правда?

— Конечно, нет. — Доктор Штайнер уже начинал жалеть о своем порыве довериться Вэлде.

— Но ты ведь всегда считал, что кто-то должен от нее избавиться.

Разговор начинал походить на диалог из кошмарного сна. Громкие басы проигрывателя глухо стучали, вторгаясь в визгливую какофонию вечеринки, и кровь в висках доктора Штайнера билась с этим ритмом в унисон.

Скоро у него начнется жуткая головная боль.

— Я всего лишь имел в виду, что ее следовало перевести в другую клинику, а не бить по голове тупым предметом.

Эта тривиальная фраза пробудила любопытство Вэлды. Насилие всегда завораживало ее. Он знал, что ее воображение уже нарисовало брызги крови и мозга жертвы.

— Дорогой, я должна услышать об этом все. Почему бы тебе не приехать?

— Вообще-то я об этом думал, — признался доктор Штайнер. И тут же лукаво добавил: — Есть пара-тройка деталей, которые я не могу пересказать по телефону.

Но если у тебя вечеринка, это будет не так-то просто. Откровенно говоря, Вэлда, сейчас я не очень настроен вести светские беседы. У меня, похоже, вот-вот начнется приступ головной боли. Произошедшее стало таким страшным потрясением. В конце концов, я был одним из первых, кто увидел тело.

— О мой бедняжка! Послушай, дай мне полчаса, и я выдворю всех друзей.

Судя по доносившимся звукам, доктор Штайнер сделал вывод, что друзья бывшей жены надолго у нее окопались, о чем и сказал ей.

— Вовсе нет. Мы в любом случае собирались к Тони. Обойдутся и без меня. Я начну их выталкивать, а ты выйдешь из дома примерно через полчаса. Хорошо?"

"Конечно, хорошо. Положив трубку, доктор Штайнер решил, что у него как раз осталось время помыться и спокойно переодеться. Он погрузился в раздумье о выборе галстука. Головная боль, казалось, непостижимым образом отступила. Прямо перед его уходом зазвонил телефон.