Ветер, судя по замерам, сделанным Хасси, достигал ста двадцати миль в час и заносил все вокруг пылеобразным снегом, который забивался даже в спальные мешки, так и не высохшие с момента последнего плавания от лагеря к лагерю.
Из-за огромной силы ветра было опасно даже выглядывать наружу. Иногда по воздуху проносились небольшие куски льда. Однажды из-за шквального ветра люди лишились десятигалонного[35] котелка, стоявшего рядом с кухней. Он просто улетел в открытое море. Матросы тоже потеряли свой котелок с похлебкой: буквально на минуту поставили на камень — и он попросту исчез.
Еще как-то раз Маклеод, пытаясь высушить свою парку «Барберри», разложил ее на земле, прижав двумя камнями «размером с голову на своих плечах». Как только он на секунду отвернулся, ветер сбросил груз и унес с собой парку. Более того, он не брезговал даже рукавицами. Несмотря на то что ткань, под которой люди ютились, была натянута на штабеля ящиков и прижата по кругу большими камнями, ветер все равно приникал внутрь и уносил вещи.
В таких страшных условиях продолжалась работа над подготовкой «Кэйрда» к плаванию. На следующий день Макниш, Мэрстон и Маклеод прикрепили полозья от разобранных саней к верхней части шлюпки, чтобы сделать раму для палубного покрытия. К ним прибили куски фанеры от ящиков, таким образом получилось что-то вроде настила. С «Докера» сняли основную мачту и приделали ее к килю «Кэйрда» в надежде, что он не переломится, когда им придется столкнуться с непогодой.
Уорсли то и дело забирался на выступ скалы, возвышавшейся над уровнем моря примерно на сто пятьдесят футов, и наблюдал за формированием льда. Недалеко от берега образовался небольшой пояс рыхлых паковых льдов, но он казался не очень плотным и по нему можно было пройти. Основной заботой Уорсли стала ухудшающаяся погода и повышенная облачность, из-за которой он не мог снять показания хронометра. Без должного освещения оставалось только надеяться, что хронометр был точен.
"
"Обмороженные руки Гринстрита стали болеть меньше, и он вместе с Бэйквеллом начал готовить для «Кэйрда» балласт. Зашили в мешки из парусины сланцевую глину так, чтобы каждый мешок весил около ста фунтов. Парусина из-за воды и мороза превратилась в ледяные пластины, поэтому приходилось отогревать ее у жировой печи. Из-за тепла и грубых камней волдыри на руках Гринстрита лопались и кровоточили.
Были и другие значительные приготовления к плаванию.
