Лихие. Бригадир

— Товарищи остались в СССР, — наставительно заметил я — Привыкаем к господам! Что еще?

— У меня есть одна просьба… Личного, так сказать, характера…

— Говорите, — удивился я.

— Вы знаете, Сергей Дмитриевич, — помялся бывший аппаратчик, — что я категорически не приемлю насилие и прочую уголовщину. Поэтому хотел бы зайти в новый офис, когда там уже… воцарится некоторое спокойствие… понимаете?

— Без проблем, — кивнул я. — Это все?

— Нет, — покачал головой Фельдмаршал. — Видите ли, если мы уже сегодня поменяем учредительные документы и подписи в банках, то нам вообще не нужно будет совершать никаких дальнейших преступлений.

— Это как? — подался я вперед.

— Исток даст ТОО Геопром заём, — гордо посмотрел на меня Константин Георгиевич. — И все поступающие деньги по дебиторской задолженности будут идти туда же. А ваши ребята взыщут долги у проворовавшихся управляющих. Впрочем, меня это уже не касается…

— Беспроцентный заём! — восхитился я.

— Лучше на три! И процент небольшой надо все-таки положить. Иначе подозрительно, — скромно опустил глаза старый коммунист. — Там как раз на пачку сигарет останется. Можем даже вернуть потом, все по закону. По старому курсу.

Засмеялись присутствующие волчьим смехом. Курс доллара стремительно летел в космос, раз в неделю ставя новые рекорды.

— Схема неловленная, — продолжил Фельдмаршал. — А потом мы выкупим на эти деньги товар вместе со складом и перезаключим договоры аренды.

"— Константин Георгиевич! — я втянул в себя сигарету в одну затяжку. — Только не говорите, что вы сами все это придумали. Судя по вашим глазам, слова «дебиторская задолженность» и «неловленная схема» вошли в ваш лексикон пару дней назад.

— Это будет моя последняя просьба, — скромно потупился Фельдмаршал. — Племянник жены трудится помощником аудитора, зарплата копеечная… Паша — такой умный мальчик, в комсомоле долго трудился, почти сделал карьеру. Но тут новые времена наступили.

Я чуть не заржал. Вот она новая элита. Ходорковские, Лисовские и прочие. Откуда они вышли все? Правильно, из ВЛКСМ!

— Умный мальчик — покивал я, барабаня пальцами по столу. Тут надо аккуратно очень.