Лихие. Бригадир

На его лице выражение презрительного недоумения сменялось задумчивостью, а за ней — заинтересованностью, которую тот, впрочем, старательно прятал. Вокруг стояла и бдительно зыркала по сторонам охрана — не дай бог, кто левый подойдет. Через этот кордон не прорваться, даже будь ты лучшим игроком в регби.

— Ты чего зло смотришь на этого «кудрявого»? — тихо на ухо поинтересовался Карась. — Какие-то терки намечаются?

— Нет пока, но могут быть. Это Береза. Борис Абрамыч.

— Еврей, что ли?

— Еще хуже, — ответил я. — Черная дыра отечественного бизнеса.

Всасывает в себя все, что только можно. Про Логоваз слышал?

— Вроде продажу тачек с ВАЗа под себя забрали, — почесал в затылке Вован.

— И еще много чего возьмут.

— Думаешь, если поднимемся — придут?

— Даже не сомневайся, — кивнул я. — Это «кудрявый» еще министров в правительстве ставить и снимать будет. Вот увидишь.

— На-на! — завизжали девчонки, узрев на сцене мускулистые торсы кумиров, едва прикрытые куцыми жилетками.

Наши дамы бросили своих кавалеров, и даже Ленка упорхнула, оставив меня скучать.

Ведь там пели «Фаину», песню, разорвавшую страну на части. Десятки девчонок обступили сцену и визжали так, что заглушали музыку. А ведь до чего парни харизматичные, — удивился я. Никогда не видел их вживую. И вроде группа девчачья, а энергетика талантливых артистов просто пронизывала зал насквозь. А молодых девчонок и вовсе валила наповал.

— Заводные черти! — толкнул меня Китаец. — Скажи, Серый!

— Черти — плохое слово, Димон, — поморщился я. — Не говори его никогда.

Можешь сильно ошибиться. Подтянут за язык, виноват окажешься.

Штырь согласно покивал.

— Да ладно тебе! — блеснул улыбкой Китаец. — Гуляем же сегодня! Гундишь, как старый дед."

"Он бросился было потанцевать, но песня закончилась, а на сцену, где стоял шест, выскочила девчонка, которая начала раздеваться под медленную музыку. Первый отечественный стриптиз! Я видел такое раньше не раз и оценил зрелище на троечку. А вот пацаны были сражены наповал. Они даже рты приоткрыли, не обращая внимания на молнии, которые гроздьями сыпались из глаз их спутниц.

Ленка тоже сидела рядом и кусала губы, ей не нравилось то, что она видела.

— Гля Серый, какая телка зачетная, — шепнул мне в ухо Димон, показывая подбородком на девчонку, которая крутилась на шесте. — Вот бы ей вдуть!

— Ну вдуй, — равнодушно пожал я плечами. — Они рабочие. Только тебе не понравится. Они же спортсменки, жопа как камень.

— Да? — посмотрел на меня Китаец с недюжинным уважением.