Лихие. Бригадир

Сколько мы выдержим в ледяной воде? Пять минут? Десять?

— Пацаны! — закричал Штырь, который бестолково шлепал ладонями по черной глади. — Я плавать не умею!

Кто бы мог подумать, что этот громила с тяжелым взглядом не умеет держаться на воде. У Пахома уже глаза закатились, и он намертво вцепился в меня, утаскивая в глубину. Я хлебнул воды и вынырнул, отталкивая его от себя.

— Хватайся за лед!

— Держись, Штырь! — Китаец попытался подплыть к нему, но и сам в тяжелой зимней куртке едва держался на плаву.

Я чувствовал, как холод сковывает тело.

Мысли путались. Надо что-то делать, иначе мы все здесь сдохнем. Проклятый пуховик медленно, но уверенно напитывапся ледяной водой. Еще немного, и он утащит меня на дно.

— Пацаны, слушайте меня! — крикнул я — Прекратите дергаться! Скидывайте куртки — они нас вниз тянут.

Мой изрезанный и на скорую руку зашитый Зойкой пуховик отправился на дно. Несчастливый он, что-ли, — мелькнула в голове дурацкая мысль, а за ней еще одна, точно такая же. — Надо новый купить.

— Ты что, охренел⁈ — заорал Карась, стуча зубами. — Замерзнем на хуй.

— Делай, что говорю! — рявкнул я. — Ты потонешь раньше. Снимаем куртки и выбираемся на лед спиной! Повторяйте за мной.

С трудом стягивая мокрую одежду, я, раскинув руки, начал ломать тонкий край спиной, продвигаясь в сторону берега. И вот через пару метров он ломаться перестал, и я стал медленно выползать на лед, распластавшись, как морская звезда. Тот трещал, но мой вес выдержал.

— Давайте, пацаны! По одному! — скомандовал я и пополз к берегу, стараясь не дышать.

— Руку мне!

Копченый первым последовал моему примеру. Он, схватив меня за пальцы, вылез на лед и, отдышавшись, протянул ладонь Штырю.

— Давай, Штырь, хватайся!

Постепенно мы все выбрались из полыньи. Дрожащие, мокрые, но живые.

— Б-бля, х-холодно-то к-как, — простучал зубами Карась.

— Н-надо б-быстро до машины добраться, — сказал Китаец. — И-иначе замерзнем.

Мы побежали к берегу, где стоял наш старый ЗИЛ и копейка отца Китайца.

Бежать было тяжело, мокрая одежда липла к телу, а ноги скользили по льду. Прежде чем сыпаться в копейку, догадались бросить на сидения брезент, что лежал в багажнике, и отжать руками воду со штанов и свитеров.

— Димас, у тебя ключи? — спросил я, когда мы утрамбовались внутрь.

— Д-да, — Китаец дрожащими руками достал связку из кармана и завел копейку, попав в замок зажигания раза с третьего.

Я выкрутил печку на максимум, но когда она еще раскочегарится.