Онлайн-библиотека книг
Старуха еще не спала, в окне теплился огонек, но долбиться в двери и рассказывать, кто к ней в гости пожаловал, пришлось долго, пока не лопнуло у Данилы терпение, и он крикнул во все горло:
— Митрофановна! Деньги тебе нужны?! Или мы дальше поедем?!
За дверью — будто проворная мышь зашуршала. Стукнул один засов, другой, и дверь открылась.
— А я тебя, Данюшка, не признала сразу. Слышу — голос вроде бы знакомый, а признать не могу, — елейным голоском запела Митрофановна, пропуская гостей в дом.
Данила, не отвечая, по-хозяйски прошел в дом, поставил в угол ружья и винтовку, помог раздеться Захару Евграфовичу и снова вышел на улицу, чтобы обиходить коней и занести мешки с припасами. Попутно притащил и высыпал на пол охапку крупных стерлядей:
— Вари уху, Митрофановна. Проголодались мы, весь день в дороге.
Понятливая старуха, успев разглядеть острыми глазками, что товарищ у Данилы — не в крапиве найденный, а человек состоятельный, мигом затопила печку, и скоро в большом чугуне у нее кипела уха, на столе появились соленья и варенья, поднятые из подполья, запыхтел самовар.
Так Митрофановна, в великом расстройстве, и осталась в неведении.
А гости, лихо справившись с поздним ужином, сразу же повалились спать.
Утром поднялись поздно, при солнышке. Захар Евграфович сразу же заторопил Данилу:
— Поехали, поехали…
— Куда? — сладко зевая, спросил Данила.
— Да здесь, недалеко… — и Захар Евграфович неопределенно мотнул головой.
Лошадь велел запрячь в те сани, на которых стоял короб с рыбой.
Выехали из ворот. Митрофановна, не утерпев, выскочила на крыльцо — до зарезу требовалось ей знать: куда они направятся?
— Покажи, где твой тесть живет, хоть знать буду… — Захар Евграфович не успел договорить, а Данила, натянув вожжи, остановил коня и обернулся: это еще зачем?!
— Да просто глянуть хочу, в каких хоромах он проживает.
