Онлайн-библиотека книг
Забор пришлось поставить два года назад, потому что по утрам собирались зеваки, среди которых бывали замечены и дамы известных фамилий в городе, собирались с одной целью — поглазеть на странного господина Луканина, когда пребывает тот в чем мать родила.
Сам Захар Евграфович только похохатывал:
— Пусть смотрят; если разорюсь, я с них деньги брать стану.
Екимыч был иного мнения.
Имевший характер жесткий и подозрительный, умевший держать в кулаке всю многочисленную прислугу и работников обширного луканинского подворья, при всем при этом он был подвержен одной слабости: до дрожи в коленках боялся сглазу, по-детски верил во всякую чертовщину, а нынешним летом даже привез батюшку, чтобы тот окропил баню для работников, в которой примерещился ему банник — бородка седенькая, клинышком, как у козла, глаза зеленые, головка тыковкой, а на головке — рожки…
Вот согласно своему мнению Екимыч и настоял, чтобы возле пруда поставили сплошной, высоченный забор из толстых досок, подогнанных друг к другу столь плотно, что даже и малых щелочек не зияло.
— Ежели на человеке одежды нету, ежели он голый, как новорожденный, то дурной глаз его насквозь пронзает — вот как иголка через тряпку проскакиват. И случается от этого у человека в разуме повреждение. Вчера — хоть куда молодец красовался, а нынче голова ходуном ходит, руки-ноги трясучкой колотит, а сам он, бедный, верещит неведомо что и козлом блеет…
Плаванье в это утро продолжалось дольше, чем обычно.
— Екимыч, мне сегодня баба голая снилась… Скажи — по твоим приметам, к чему такой сон?
— Про бабу голую в моем соннике ничего не написано.
— Жаль… Я-то думал — к женитьбе, на честной барышне.
— А кто мешает? Только головой качнуть — и сами набегут, немеряно.
— Да не в том дело. Сонник у тебя дрянной, Екимыч. Выкинь его и новый купи. Как же так? Голая баба приснилась, а толкования этому явлению нет? Дрянной, дрянной сонник.
