Лихие гости

Так и получилось. Доучиваться Ксения поехала уже после того как Захар Евграфович обосновался в Белоярске. Время пролетело быстро. Неделю назад Ксения окончила институт и, едва они зашли в дом, не преминула погордиться, выложив перед братом аттестат на большом листе с гербом, а рядом — такую же большую похвальную грамоту:

— Читай, Захарушка, читай, какая у тебя сестра умная. Закон Божий — «отлично», педагогика — «отлично», русский и церковно-славянский языки — «отлично», арифметика — «отлично», геометрия — «отлично», история — «отлично», география — «отлично», естественная история и физика — «отлично», черчение и рисование — «отлично», чистописание — «отлично», пение и гимнастика — тоже «отлично»! А еще я частным образом беру уроки французского! И успехи у меня за короткий срок вполне приличные.

— Ксюха, послушай! — захохотал Захар Евграфович. — послушай меня! И какой же дурак изъявит теперь желание на тебе, такой умной, жениться!"

"— А вот здесь, в этом именно месте, как говорит мой учитель французского, вы делаете большую ошибку, милостивый государь, свет мой ненаглядный Захар Евграфович.

— Ого! — только и нашелся, что сказать, Захар Евграфович.

Ксения прижалась к нему, положила голову на грудь и шепотом, словно боялась, что ее услышит кто-то еще кроме брата призналась:

— Он мне предложение сделал, руки и сердца. А я ответа не дала, пока ты не приедешь. Сегодня среда, мы по средам у меня собираемся, познакомишься, и как скажешь, так я и сделаю.

— Погоди, Ксюха, погоди, — развел руками Захар Евграфович, — дай мне хоть умыться, а то столько новостей сразу — я все не запомню. Давай по порядку. Ты его любишь?

— Очень, — по-прежнему шепотом призналась Ксения.

— Тогда я согласен, я против твоего счастья не пойду, Ксюша. Кто он такой, откуда?

— Вот придет сегодня, и все узнаешь. А теперь умываться и обедать. Я сейчас хозяйку попрошу, чтобы помогла.

Она отпрянула от него, крутнулась на одном месте, так что взвихрился подол юбки, и выскочила из комнаты на кухню, рассыпая по дороге звонкий, задорный смех.

Захар Евграфович присел на стул, огляделся. Просторная комната была опрятной и чистой. На окнах — веселые занавески, на кровати, горкой — подушки в вышитых наволочках, покрывало, из-под него — кружевной подзор; все выглажено, расправлено — ни единой складочки.