Компанию мне составила боль в отбитых ребрах и гул в ушах. По голове тоже знатно прилетело все-таки.
— Лицом к стене! — я привычно встал и свел запястья за спиной.
— Пошел!
Два капитана ближнего плавания сегодня оказались на редкость грустны. И случилось это, видимо, потому, что в кабинете сидел седовласый мужчина самого почтенного вида, который укоризненно смотрел на мир из-за окуляров золотых очков. В кармашке пиджака виднелся шелковый платок, а на столе лежал настоящий Паркер. Тоже с золотым пером. Ничего себе персонаж!
— Сергей Дмитриевич! — мужчина встал, прижимая к себе слегка потертый кожаный портфель.
— Я ваш адвокат. Генрих Эдуардович Ладва.
Мы пожали руки, а я заметил на запястье скромно сверкнувший Ролекс. Однако!
— Зачетные котлы, Генрих Эдуардович, — милостиво кивнул я. Все-таки Ленка не растерялась, сказала пацанам. А те уже подняли всех остальных. Интересно, кто нашел Ладву? Похоже, что Фельдмаршал. Его уровень.
— Это подарок жены, — слегка смутился адвокат, пряча браслет за белоснежной манжетой.
Получилось не слишком хорошо, и часы все равно показались на свет божий, притянув взгляд двух госслужащих, работавших за сущие гроши.
— Когда выходим? — спросил я у него, самым наглым образом подмигивая операм. Раз капитаны сидят грустные, то все уже ясно.
— Да собственно, прямо сейчас, — Ладва укоризненно смотрел то на сотрудников правопорядка, то мою помятую морду, плод их титанических усилий. — Это резонансное дело столько забот всем прибавило! Вы бы знали, сколько врагов нажили эти молодые люди из Троицка! Просто удивительно для их возраста! Впрочем, адвокатское сообщество не в обиде.
Только у меня трое подзащитных, которым вменяют это преступление. А у нашей милиции доказательств ни-как-ких! Более того, я господам милиционерам…
— Товарищам! — оборвал адвоката Подуров.
— Хорошо, пусть будет товарищам, — покорно согласился Ладва — Предоставил ваше, Сергей Дмитриевич, алиби 13-го января. Вы же были в гостях у семейства Лужиных? И даже переночевали у них…
Ага, это родаки Лены! Спасли!
— Да, был.
Весь вечер, разошлись только под утро, а метро уже не ходило. Потом поспал и поехал домой.
— Вот, товарищ капитан, — адвокат посмотрел на Домбровского, — уже позвонил профессору. И Геннадий Константинович все подтвердил, так?
«Прибалт» скривился и промолчал. Какое было удовольствие видеть его кислую морду! Прямо даже ребра перестали болеть.
— Я с тебя подозрения не снимаю, — скрежетнул зубами Подуров, подсовывая мне какую-то бумажку.
