Лихо ветреное

Вынырнула оттуда с парой противоестественно рваных башмаков, надела их, довольно посмеиваясь, пошевелила пальцами ног, торчащими из дыр, подумала еще и подвязала один из башмаков куском бечевки, подобранным на полу.

— Это что ж будет-то? — ошеломленно спросил Павел.

— Я пря-а-амо удивляюсь, — рыжим голосом ответила Зоя. — Вы тыкой умный! А не догадались… Хотите посмотреть?

— Еще бы! — Павел следил, как она быстро рисует на губах малиновое сердечко, зачем-то высыпает в небольшую плоскую корзинку мелкие сушки из пакета, а сам думал, что так и не спросил ее о том, обдумала ли она его предложение.

— Ну, идите в зал. — Зоя повесила корзинку с сушками на руку, сколола шаль на груди огромной медной булавкой, глянула в зеркало и с удовольствием отметила: — Кошмар… Хотите сушку?

— Хочу, — обрадовался Павел. — Две. Я вообще-то голодный.

— Пойдемте. — Зоя вышла из комнаты и направилась почему-то в сторону холла. — Я сейчас Толику скажу.

Она приоткрыла дверь, повертела головой, и тут же появился клетчатый жилет.

— Толик, — деловито сказала Зоя. — Скажи там кому-нибудь, пусть по-быстрому покормят Павла. Он друг Серого.

— Нет-нет, я не успею! — испугался Павел. — Мне еще вас провожать!"

"— Толик, скажи, чтобы очень быстро. — Зоя подтолкнула Павла к выходу и закрыла за ним дверь. Клетчатый Толик тут же потопал в ресторан, оглядываясь на Павла, и даже постучал пальцем по своим часам, укоризненно поджав губы. Павел вздохнул и пошел за ним.

Зои там еще не было, квартет бродил по эстрадке, что-то переставляя и поправляя, и не обращал никакого внимания на зал. Зал выпивал и закусывал, не обращая никакого внимания на эстрадку.

— Простите, вы каким временем располагаете?

Павел оглянулся — рядом стоял вчерашний официант, смотрел озабоченно, держал наготове блокнотик и карандаш.

— А… нет, я ничего не буду, — неловко сказал Павел, вспомнив про долги, ремонт и необходимость содержать семью.

— Тогда чашечку бульона и расстегайчик. — Официант нарисовал в блокноте загадочный иероглиф и опять озабоченно уставился на Павла. — Вы против свинины ничего не имеете?

— В каком смысле? — удивился Павел. — А, нет, я не мусульманин.

— Конечно, — согласился официант. — Вот сюда, пожалуйста, за этот столик.