Онлайн-библиотека книг
— И что бы я без тебя делала?
Действительно, что бы она делала без Феди? Горячей воды не было, а он и джинсы постирал — и свои, и ее, — и все детское барахлишко, и четыре больших махровых полотенца, и еще воды ей согрел. «Кастрюлю»! Целую огромную выварку, в нее ведра четыре входит, не меньше. Ах, как же повезло с Федором, просто невероятно повезло, особенно в наше время, да еще с его внешними данными… Пойти свечку, что ли, в церкви поставить?
— Я думаю, надо мне свечку в церкви за тебя поставить, — сказала Зоя, входя в кухню умытая, успокоенная и умиленная видом уже накрытого к чаю стола.
— Ага, — нескромно согласился Федор, наливая в чашки чай. Потом уселся напротив нее, долго молча возился, вскрывая пачку с печеньем, и наконец сказал: — А я без тебя.
— Что? — не поняла она.
— Пропал бы, — объяснил Федор невозмутимо. — Пропал бы я без тебя совсем, понимаешь? И все мы пропали бы.
— Солнышко мое, — с трудом сказала Зоя, стараясь не заплакать.
— А красивые бабы? — вкрадчиво спросил Федор, чуть улыбаясь и подрагивая бровью."
"— Тьфу на тебя… — Зое тут же расхотелось плакать. — О красивых бабах я вообще ничего не знаю. Если хочешь знать, я вообще красивых баб не видела. Намажутся как не знаю кто, а умой ее — и никакой красоты, кроме мешков под глазами… — Она машинально дотронулась пальцами до лица и вздохнула.
— А кто сказал, что жизнь вообще справедлива? — процитировал Федор какого-то киногероя, встал, потянулся и пошел из кухни. — Ты с посудой не возись, пусть до утра постоит. Завтра я сам все сделаю.
— Спокойной ночи, — пробормотала Зоя ему в спину. Ей опять захотелось заплакать.
Она еще минут пять посидела за столом, допивая остывший чай, а потом выключила в кухне свет и пошла к себе, на ходу мечтая о том, как сейчас ляжет в постель, уткнется в подушку, пахнущую сушеной ромашкой, натянет на себя прохладную льняную простыню и тут же уснет. И будет спать, спать, спать, спать… Пока не услышит будильник.
