Лихорадка

– Ты валял его по земле. Я сама видела.

Директор вытянула руку.

Ной подошел к лежавшей чуть поодаль доске. Это был видавший виды скейт с обломанным краем, который Ной замотал изолентой. Доску ему подарили на тринадцатый день рождения. С тыльной стороны он украсил ее наклейкой с зеленым драконом, из пасти которого вырывается красное пламя, а колеса объезжал на улицах Балтимора, где жил раньше. Он любил свой скейт, потому что с ним были связаны самые дорогие воспоминания в его жизни. Доска напоминала ему обо всем, что осталось в прошлом.

Он немного подержал ее в руках, а потом молча протянул мисс Корнуоллис.

Директриса приняла ее с отвращением. Повернувшись к остальным учащимся, повелела:

– Больше никакого скейтбординга на территории школы. Прошу сегодня же унести домой все доски. Если увижу завтра хоть одну, отберу без разговоров. Всем ясно?

Ребята молча кивнули.

Мисс Корнуоллис снова обратилась к Ною.

– Ты остаешься в школе до половины четвертого.

– Но я ничего не сделал!

– Сейчас ты пойдешь ко мне в кабинет.

Посидишь там, поразмыслишь о своем поведении.

Ной хотел было поспорить, но вовремя прикусил язык. Все смотрели на него. Он заметил Амелию Рейд, которая все стояла у беговой дорожки, и его лицо вспыхнуло от стыда и унижения. Молча, с поникшей головой, он проследовал за мисс Корнуоллис к зданию школы.

Остальные скейтеры угрюмо расступились, пропуская его. Уже отдалившись от толпы, он услышал, как один из мальчишек процедил:

– Спасибо тебе, Элиотт.

Удружил ты нам.

Если желаете почувствовать пульс городка Транквиль, отправляйтесь в ресторанчик «Монаганз». Ежедневно в полдень здесь собирается Клуб динозавров. Собственно, это даже не клуб, а посиделки за чашкой кофе – шесть-семь пенсионеров, которые за неимением других дел собираются возле стойки Надин и с восхищением разглядывают пирожки под пластиковыми колпаками. Клэр понятия не имела, откуда у клуба взялось такое странное название. Впрочем, она подозревала, что чья-нибудь женушка, устав от ежедневных отлучек мужа, однажды ляпнула ему что-нибудь вроде: «Ой, опять ты со своим сборищем динозавров!» Так и прилипло это название, как обычно бывает с меткими определениями.

Все члены клуба – мужчины, всем далеко за шестьдесят. Надин было пятьдесят с небольшим, но она и не числилась в клубе, поскольку работала у стойки. Надо отдать ей должное – Надин хватало чувства юмора, чтобы терпеть дурацкие шутки и сигаретный дым.