Давид нарезал крупными ломтями колбасу, открыл несколько банок рыбных консервов. Оглядел людей, собравшихся за столом. Пришли все, даже Омельянчук не поехал сегодня в больницу к жене, не хватало только Арсенина да… Васьки Соболя.Гоцман разлил водку по стаканам, один накрыл куском хлеба.— Вот такое у нас новоселье… — отрешенно произнес он, не глядя на молчавшую Нору. — Ладно… Давайте помянем ефрейтора Василия Соболева, пусть будет земля ему пухом. Если б не он, не сидеть бы сейчас за этим столом ни мне, ни Виталию… Не будет у нас теперь такого водителя уже никогда.
Может, другие придут, тоже хорошие парни, а вот Васьки нашего дорогого уже не будет…
— Представить его надо бы посмертно… — хмуро предложил Кречетов.
— Я сам займусь, — так же хмуро отозвался Омельянчук. — Только Ваське это уже ни к чему будет…
Помянули погибшего капитана и солдата из его роты. Засиживаться не стали — в одиннадцать Давид погнал всех по домам:
— Слушай мой боевой приказ — всем сегодня отдыхать, понятно?.. Спать на полную катушку.
Особенно касается тебя, Михал Михалыч, с твоей больной головой. По возможности стараться выспаться на неделю вперед… А за помощь в переселении — спасибо. Тебе, Виталий, за грузовик — отдельное… Вы, Андрей Остапыч, как старший по званию можете моего приказа, ясное дело, не слушать.
— Да нет уж, — тяжело вздохнул начальник УГРО, поднимаясь из-за стола, — умный приказ и послушать приятно… Спокойной ночи, Давид. Спокойной ночи, Нора. Очень радостно было познакомиться с вами…
Глава девятая
У входа в УГРО прогревал двигатель серый запыленный «Опель-Адмирал».
Опергруппа топталась рядом, ожидая появления Гоцмана.
— Прыгайте, Давид Маркович. — Леха Якименко с преувеличенным почтением распахнул перед возникшим из дверей начальником переднюю дверцу.
Гоцман машинально заглянул в машину и увидел на привычном Васькином месте рослого красивого парня с живыми и здоровыми обеими руками и двумя знаками на новенькой гимнастерке — «Гвардия» и «Отличник РККА». И снова все вспомнил.
— Гвардии сержант Костюченко! — бодро выкрикнул парень, выскочив из автомобиля и вытянувшись по стойке «смирно».
Гоцман тяжело взглянул на Якименко, тот вздохнул и отвернулся.— Зовут как?
— Сергеем!
— Садись, Сережа, сейчас поедем… Шо у нас? — обернулся Давид к Якименко.
— Сосед соседу голову отрезал.
— Прямо отрезал? — без особого интереса переспросил Гоцман.
— Так участковый доложил. Ножом.
Давид окинул взглядом свою команду — Тишака, Черноуцану, Якименко.
