Врач в канализационном люке отдыхает, удавкой задушенный, бабка в доме валяется, а больше ее никто и не видел. – Ладно, Алик, не гунди! Надоел. Если у тебя в штанах не держится, то пойди остынь. Мы здесь дела решаем, а не баб трахаем. Понадобишься, позову.
Алик сморщился и вышел из комнаты, следом за ним отправился Пончик.
Через минуту в комнату вошел Вован.
– Меня этот Алик порядком раздражает. Отправь его на недельку к себе на родину. Пусть съездит, отдохнет, посмотрит, как живут люди в ближнем зарубежье, и чуть подумает, стоит ли при старших себя так вести, а то мне придется отправить его намного дальше, откуда он может не вернуться.
– Как скажешь, Серега. Ты же знаешь, твое слово – закон. Знаешь, я вот по какому вопросу. Здесь мне пацаны позвонили. Говорят, что дела плохи.
– Что случилось?"
"– Брат Графа с ума сходит. Всю Москву на уши перевернул, брата ищет.
Сказал, кто даст точную информацию о его судьбе, получит десятку баксов.
– А нам что переживать. Он прекрасно знает, что мы с Графом в хороших отношениях были.
На нас подумать не должен. Тем более мало вероятно, что он когда-нибудь вообще его найдет. Сам знаешь, про эту могилу никто не ведает.
– Да я тоже так думаю. Он просил срочно тебя позвонить.
Серега сделал недовольную гримасу и протянул руку к трубке.
– Гавриил, это Серега. Что там у тебя случилось?
После небольшой паузы он продолжал:
– Ты знаешь, я бы сам хотел его увидеть. Не слышал. Не знаю. Как только что-нибудь прояснится, тут же позвоню. Гавриил, ты самое главное не отчаивайся, может, он у какой-нибудь бабы завис? Нет? Тогда решил на дно лечь.
Тоже нет?
По-любому объявится, будь уверен.
Положив трубку, Серега удовлетворительно взглянул на Вована и сказал:
– Все по уму. Гаврюша даже и подумать на нас не сможет. Он вообще верит в то, что Граф объявится. Так что зря ты суетишься.
– Дай Бог. Я в последнее время часто с ним встречаюсь. Он почти каждый день приезжает в «Сафранс» в бильярд поиграть. Ходит весь какой-то задумчивый, отрешенный.
Видимо, в душе переживает за брата.
– Мы не психоаналитики и поэтому не будем переживать о его душе.
– Ладно, Серега, я пойду. Если что срочное, позови. Никого не пускать?
– Конечно.
Когда мы остались с Сергеем одни, он подошел ко мне и сел на соседний стул.
– Скажи спасибо, что я тебя на общак не пустил.
– Спасибо.
– Поэтому ты моя должница и должна мне все подробно рассказать. Где цепура?
– Ты имеешь в виду цепь?
– Да, именно ее.
– Она в другом месте.
