Почему же московский бифштекс может быть дороже парижского, а заказное убийство стоит дешевле?
– Ты, наверное, биатлоном занималась?
– Нет.
– Странно. Я слышал, что самые дорогие киллеры – это бывшие биатлонисты, способные вести прицельный огонь в движении. Послушай, Гаврюша про золото знает?
– Знает.
– Что?! Врешь, сука!
– Ты же мне велел говорить правду, вот я тебе и говорю. Гавриил в курсе всех дел и прекрасно знает, что его брат мертв, но главное – он знает, кто его убил.
– Откуда?
– Когда твои ребята раскапывали могилу, чтобы снять золото с Графа, мы с Гавриилом сидели за одной из могил и все видели.
– Что?! Тогда почему он не мстит за брата и не объявляет мне войну?
– Поверь мне, он выжидает. Скоро это случится. Он собирается вас ликвидировать по очереди, с моей помощью.
– Во дела! Скажи, а ты с ним спишь?
– Конечно. Запомни, если хоть один волосок упадет с моей головы, Гаврюша задушит тебя собственноручно. Я самое ценное, что когда-либо было в его жизни.
Серега широко раскрыл рот, вытер пот со лба и вышел из комнаты.
За стенкой началась какая-то ругань. А я, довольная своими театральными талантами, взяла бутылку текилы и начала пить из горлышка. Умница, Жанночка, тебе на роду было написано быть артисткой! Здорово ты их развела. Теперь они должны тебя беречь, на руках носить и пылинки сдувать.
Через пять минут дверь открылась и в комнату влетел озадаченный Серега.
– Собирайся. Сейчас поедешь с нами.
– Куда?
– В «Сафранс». Там Гаврюша сегодня должен в бильярд играть.
– Что ты этим хочешь сказать?
– Чтобы он увидел, что ты в наших руках, и не вздумал козлить, а если захочет получить тебя обратно, то пойдет на все наши условия. Посмотрим, как ты ему дорога!
Я села на заднее сиденье машины, рядом со мной устроились Вован и Алик.
Впереди – Серега, а за рулем какой-то угрюмый тип.
– Все вооружены? – спросил Серега.
Братушки кивнули, и машина тронулась.
– Я без ствола, – пыталась было запротестовать я, но братушки окатили меня таким взглядом, что я моментально подумала о том, что в данной ситуации лучше помолчать.
– Тебе нет надобности. Отдохни, или ты уже без пушки не можешь? – усмехнулся Серега.
– Послушай, Серега, – сказал Вован. – Что-то у меня предчувствие нехорошее. Чует мое сердце, стрельба конкретная будет. Может, позвонить пацанам, пусть народу побольше подтянется.
– Подожди пока. Надо будет, позвоним.
– А если он озвереет, когда увидит, что его баба у нас, – не унимался Вован.
