Ликвидаторы

Время стирает в пыль события прошлого. И людей. И то, что казалось вечным, незыблемым. Но все-таки он держит эту пыль в кулаке. Если разжать пальцы, поднести ладонь к глазам, то можно увидеть. Значит, прошлое живет внутри? Живет!

«Ты классный парень, Белоснежка. Мы все… все… классные парни…» – это Быкан. Умирая.

Ты будешь помнить это, сержант. И никому не позволишь глумиться над временем, где жила и верила в будущее «Метла-117».

– Защищайся, боец! Без шуток! На полном серьезе! – И опять произнес это тихим, спокойным голосом, словно ничего необычного не происходило.

Он привык. У него за спиной – джунгли Иланы. Черное поле Цикады. Форост. Брик. Тизелла. Пистолет лейтенанта Эскудо, направленный точно в лоб. Хазиф Гюльнай, забитый насмерть бейсбольными битами. Леон Бертьен, Кэрол, Анжела, Марк… У него позади столько, что хватит на десять жизней.

А новичок резко вскидывает кулаки, прикрывает голову и корпус. Почти как Боксер тогда, во время тренингов. Только Боксер сгинул на Илане, а этот… новенький… Тоже боксер? Или улица научила умению постоять за себя? Только он никогда не видел, как стекают струи песка с темных боков кроковольфа, бросающегося в атаку.

Он не слышал, как жутко орет товарищ, умирающий в пасти муравьиного льва. Он не знает, что такое древесная анаконда, не выворачивал внутренности наизнанку, посмотрев, как громадный паук впрыскивает желудочный сок в тело человека… Он не видел перед собой толпы зэков – дикой толпы, готовой смести с дороги все живое и ворваться в город. Ему не приходилось рыдать от горя, выбирая, кого из друзей тащить на себе.

Если этот сосунок выживет на тренингах, он попадет в число пятнадцати. Может быть, из него получится хороший солдат? Все это будет ясно потом, позднее. А пока он – желторотик, искренне верящий, что надо закрывать лицо и корпус, не понимающий: боец зонд-команды должен беречь все тело.

Сергей показал ложную атаку с правой руки, но ударил противника в коленную чашечку, быстрым неуловимым движением, а потом боднул головой в лицо. Дикий крик оборвался, новичок повалился в пыль.

Схватка закончилась за три секунды.

Остальные разом перестали шевелиться, притихли.

– Встать, рядовой Сморчок!

Поднялся. С трудом, но поднялся. Уже хорошо. Упрямый. Губы дрожат, из носа – кровавые сопли, но поднялся. Может, и попадет в число пятнадцати? Главное, чтоб верно усвоил первый урок…

– В строй! Кто еще хочет улыбнуться, услышав мое прозвище?!"

"Притихли. Гробовая тишина. В глаза больше никто не смотрит. Все поняли.