Лили

Дело было, конечно, не в деньгах: он мог бы жить по-царски до конца своих дней, не шевельнув и пальцем. Но, я думаю, ему нужна была работа, ежедневный распорядок, чтобы вернуть себе душевное равновесие.

Клей вновь улыбнулся ей, и на сей раз это была настоящая улыбка.

– Он все еще не тот брат, которого я знал с детства, но сейчас ему гораздо лучше, чем было пять лет назад. И думайте что хотите, мисс Траблфилд, но отчасти это из-за вас.

Слова прозвучали легко и просто. Клей не мог даже вообразить, какое впечатление они произвели на Лили.

Она отвернулась, опасаясь, что ее лицо опять выдаст ее. Мысль о том, что она что-то значит для Дэвона, что он может быть к ней неравнодушным… Но нет, в глубине души она знала, что это невозможно. Клей просто добр и к тому же наивен. Дэвон всегда проявлял к ней совершенно определенный интерес. По крайней мере, теперь, выслушав рассказ Клея, она стала лучше понимать, что ему мешает, почему он не может увидеть в ней (или в любой другой женщине) нечто большее, чем просто временную напарницу в постели, которой утром платишь и отсылаешь ее прочь, а если уж она оказалась на редкость хороша, оставляешь при себе до конца месяца.

– Вы тоже можете думать что хотите, – ответила Лили, старательно подражая его легкомысленному тону, – но то, что Дэвон испытывает ко мне, это всего лишь приятная смесь благодарности и вины, что само по себе замечательно. Со стороны простой служанки, если у нее имеются хоть какие-то мозги в голове, было бы глупо не использовать столь блестящую возможность, как вы считаете? Если я правильно разыграю свои уарты, может, мне даже удастся заставить его разориться на новый капот.

И тогда мне больше не придется выслушивать несправедливые насмешки по этому поводу.

Ее шутливая улыбка одеревенела, сердце на мгновение перестало биться. Не может же он знать, как обстоят дела, нет-нет, это просто невозможно!

– Если бы это было так! – проговорила Лили с легкой грустью в голосе.

– Вы прелестная юная леди, очевидно, переживающая нелегкие времена.

Думаю, Дэв вряд ли сделал бы более удачный выбор, если бы увлекся какой-нибудь герцогиней.

Она не успела остановить слезы, стремительно подступившие к глазам и побежавшие по щекам. Это все из-за болезни, твердила Лили себе в оправдание. После болезни она ослабела и стала слишком чувствительной. Доброта Клея оказалась последней каплей.

Он тихонько рассмеялся и утер ей слезы, потом взял ее за руку и повел к дому.

– Хватит с вас на сегодня треволнений, мисс Лили.