Лили

– Действовать надо сегодня, завтра будет слишком поздно! Сейчас их всего шестеро, но к завтрашнему дню набежит целая куча таможенников, и тогда это действительно будет невозможно!

– Это невозможно уже сейчас. Они нашли корабль, Клей, они взяли “Паучка”. Понадобится совсем немного времени, возможно, всего несколько часов, чтобы наложить официальный секвестр на судно. Это должно было случиться рано или…

– Этого не случится, если мы заберем его назад сегодня же ночью! У меня трое людей наготове, могу найти и еще, но времени нет.

Если бы ты нам помог, Дэв, мы увели бы “Паучка” прямо у них из-под носа. Я могу переправить его во Францию прямо сегодня, они даже не поймут…

– Да пусть заберут этот проклятый шлюп к чертовой матери! Бога ради, перестань валять дурака! Клей упрямо выпятил челюсть.

– Ну уж нет, я не отдам его на такую позорную гибель! Чтобы эти ублюдки отправили мой шлюп в Лондон и передали в руки чиновников, таких же никчемных, как они сами? Дьявол, да они оставят его себе и превратят в один из своих сторожевиков! Да я скорее сам открою кингстоны и потоплю “Паучка”!

– Черт возьми, Дэв, если ты мне не поможешь, я поеду сам.

Дэвон ни минуты не сомневался, что его брат говорит серьезно. Вдруг его осенило.

– Ладно, я поеду. – Он сбросил с плеча руку Клея, кинувшегося было обнимать его на радостях. – Но при одном условии. Если мы вернем этот проклятый шлюп, ты должен обещать, что продашь его или потопишь, словом, делай что хочешь, но так или иначе на сей раз тебе придется расстаться с ним навсегда.

Идет?

Клей едва не упал замертво, на мгновение он лишился речи, а когда пришел в себя, смог только чертыхнуться.

– Ну так ты согласен или нет? – с каменной невозмутимостью прервал его Дэвон.

– Черт бы тебя побрал, – в третий или четвертый раз повторил Клей. – Ладно, твоя взяла.

– Отлично! – Дэвон хлопнул его по спине и увлек за собой, довольно улыбаясь.

Лили ошеломленно проводила их взглядом. Хозяин ни разу не оглянулся. Было ясно, что он просто позабыл о ее существовании. Опять она почувствовала себя оскорбленной и униженной.

Тихо бредя по дорожке в полном одиночестве, она попыталась найти смешную сторону в происшедшем, но не сумела. Ей стало тем более не до смеха, когда тем же вечером миссис Хау оставила ее без ужина в наказание за самовольную отлучку.

Молитвы были прочитаны, настал час отправляться в постель. Но Лили задержалась в холле и, когда Лауди остановилась, поджидая ее, сказала:

– Поднимайся наверх, я хочу закончить шитье. Скоро приду.