Лилия для Шмеля (СИ)

Вызывает всех к себе в кабинет и о чем-то долго допрашивает. Ваша Милость, — Мигрит сложила ладони на груди, — поправляйтесь скорее и поедем домой. Там лучше!

— Ты-то чего боишься?

— Неприятно от косых взглядов, будто я не такая же служанка приличных господ, а поберушка какая-то!

— Тоже хочу домой. Надеюсь, скоро вернемся, — обнадежила служанку.

По-правде, я тоже надеялась, что уже вечером буду у Ильноры, но герцог не только не спешил меня отпускать, но и позабыл о моем существовании, хотя этикет предписывал быть внимательным к гостям.

Пусть покои богатые, светлые, и ни в чем я не нуждалась, однако чувствую себя запертой в клетке. Еще и скучающая служанка изводит глупой болтовней. Поэтому я решила во что бы то ни стало скорее вернуться домой.

— Мигрит, мне есть во что одеться?

— Да!

Скажи она «нет», это ничего бы не изменило — в простыне дошла Веспверка. Но хорошо, что на такие меры идти не пришлось.

Голова кружилась, и из покоев я вышла медленно, стараясь не делать резких движений.

— Ваша Милость, — Гизо, стороживший вход, внимательно оглядел меня. — Вам бы не соваться под горячую руку. Герцог-то не в духе.

— Ничего, Гизо, переживу, — ответила ему и побрела вперед, подгоняемая упрямством.

Пустующий особняк, и в правду, будто вымер. Ни один человек не встретился по пути, пока шла до белой резной двери кабинета.

Уткнувшись после поворота в нее, постучалась — тишина. Снова постучала…

Так и не дождавшись ответа, ушла бы, если бы мне не почудился шорох.

— А вот и баронесса! — заплетающимся языком сообщил герцог. Грохотнуло кресло — это он попытался встать, но не удержал равновесие и плюхнулся обратно. Зато его гость умерил свой пыл сыщика: встал и учтиво поклонился.

— Жеронд Твипард, — представился мужчина сорока лет низким, скрипучим голосом.

Я ответила вежливым полупоклоном и от слабости едва не упала. Зато ощутила крепкую хватку худых длинных пальцев на предплечье.

— Не стоило вставать с постели, — гость внешностью походил на жердь, однако его худоба и анемичность явно обманчивы. Он скорее жилистый и скрытный. А серые, бесцветные глаза и светлые волосы делали его совсем блеклым. Мимо такого пройдешь и не заметишь.

— Не утерпела, — не стала юлить.