Лилия для Шмеля (СИ)

— И ты променял меня на эту уродину? — резким движением руки она влепила Освальду оглушительную пощечину и прошипела: — Еще пожалеешь!

— С дороги! — прорычал хмурый Освальд. Схватил одной рукой Вейре, другой меня и поспешил скорее уйти. Но теперь я была вне себя от ярости.

— Не могли избавить меня от визгов вашей любовницы?! — выдернула руку.

— Она никогда не была ею, — прорычал он, обжигая меня зелеными глазищами. — Довольны?! Что еще хотите узнать?

— Сдалась она мне!

— Сдалась, если после ее истеричного визита на вас лица нет.

— Да чихать мне на нее! Но вы мне все мозги прокочкали моралью о гордости аристократки, в то время как она…

— Не достойный пример для подражания!

От таких простых слов я растерялась и заморгала.

— Но вы…

— Корфина, я общался с ней как с лучшей подругой жены, никогда не давая намеков на что-то большее. Потому что это было бы предательством по отношению к памяти Филии. К тому же не люблю взбалмошных особ. Если удовлетворил ваше любопытство, и вы закончили истерить — идемте.

— Их и так полно!

— Конечно! Благодаря заступничеству одного помощника, — Освальд гневно посмотрел на сына, — только и будут говорить, как в отчем доме баронессы крысы галопом скачут, в банды сбиваются и атакуют в Просонье пряничное деревце! — Он приложил руку ко лбу и тяжело вздохнул. — Идемте! На сегодня достаточно.

Дальше до кареты мы шли в тягостном молчании.

— Я опозорил баронессу? — шепотом, с блестящими от слез глазами, спросил Вейре, и мне стало так жаль его, что я обняла малыша.

— Ерунда это, Вейре. Пусть смеются! — но он уже рыдал.

Герцог слушал всхлипы, пока рев не стал переходить в истерику. Только потом сурово произнес:

— Впредь, Вейре, думай головой! Повезло, что королева настолько опешила от твоей глупости и беспардонности, что захотела развлечься и посмаковать нелепую историю. Во всяком случае, у баронессы есть шанс изменить о себе мнение.

— Правда?

— Да, Вейре, нам повезло. А ведь все могло завершиться иначе, — он потянул сына к себе и обнял.

Я прислонилась к мягкой, бархатной панели и закрыла глаза. Как же ненавижу все аристократическое.

— Не волнуйтесь, Корфина. По крайней мере, уже завтра все ваши книги раскупят, и ваша мечта сбудется.

Я вздохнула.

— Настоятельно рекомендую сделать героем истории принца.

— Он и так принц, — просветила всезнайку.