Лилия для Шмеля (СИ)

Однако Ильнора молчала, пару раз невпопад кивнула и даже не пыталась приструнить любимца, от чего собеседница начала закипать и покрываться красными пятнами. В то время как ее сынок, никчемный оболтус девятнадцати лет, с покатыми плечами и резной франтовской тростью в худосочной руке, тайком пялился на проходивших мимо дам.

Меня они игнорировали, ведь на мне не было ни единого украшения. А раз я не могла принести им выгоды ни титулом, ни связями, ни богатством — не представляла для них никакого интереса.

Поняв, что разговор, несмотря на всю бесцеремонность, не складывается, раздраженная маркиза скривилась, кивнула на прощание головой и торопливо направилась в шляпную мастерскую, уводя сыночка с собой. И, о, чудо! Как только они скрылась с глаз в дверях здания, Жужик мгновенно притих.

— Ты моя радость! — наглаживала Ильнора пса, а он с довольной мордочкой заглядывал ей в глаза. — Идемте, Корфина.

— Низли навязчива до неприличия! Думала, она вцепится в меня и не отпустит, пока не напросится на визит, — возмущалась Ильнора. — Жаждет свести сына с Тиридией и породниться с нами! Уж нет!

— Маркиза полагает, что ее сын — завидный жених? — не удержалась я от капельки яда. Вряд ли внучка Ильноры впечатлится «женихом».

— Непомерное самомнение! Конечно, Тиридия в его сторону и не взглянет, но слушать глупую болтовню Низли — нет уж! И мало того, что Низли глупы — они еще и разорены.

Это явный намек на мой излишне скромный стиль, однако я упрямо ответила:

— Пусть маркиза делает, как хочет. Я не буду носить ваши украшения! Кто полюбит меня — пусть любит без них и дорогих нарядов.

"— Ох, Корфина, — одарила меня Ильнора благосклонной улыбкой. — Конечно, здравое зерно в твоих размышлениях есть, но свет — есть свет, и браки по любви здесь редкость. Между прочим, когда я выходила замуж — я не любила Дитера, а потом… Ох, мой Дитер! — вздохнула она горестно. — Как я по тебе скучаю! Между прочим, Жуж — его последний подарок…

Графиня скорбно поджала губы, пытаясь удержать подступающие слезы.