Лилия на ветру

Если её начали кормить, противиться она не будет! Даже без кофе обойдется!

Она сняла губами весь кусок и старательно начала его пережевывать.

— Вкусно, — с набитым ртом проговорила она и взглянула на Родиона.

Это было ошибкой.

Никогда ранее она не замечала, чтобы у мужчины настолько ярко, почти дико, горели глаза. В них бушевало такое пламя, справится с которым она оказалась не в состоянии. Её заштормило, в прямом смысле этого слова. Куда-то повело. И хорошо, что она сидела. Ноги точно её подвели.

Потому что нельзя смотреть таким голодным и жаждущим взглядом на девушку… Даже Лия понимала суть того огня, что плескался на дне мужских глаз.

Она инстинктивно попыталась свести бедра…

Свела.

Натолкнувшись на преграду в виде торса Родиона.

— Ещё? — склонив голову, уточнил он.

— Угу.

Он зачерпнул… и дал ей…

Поднес ложку, но сцапать лакомство у Лии не получилось. Родион уронил ложку на столешницу. Ожидалось, что он поцелует Лию… Всё к этому шло.

Но нет. Мужчина приблизил лицо к её лицу и обвел языком её губы.

Ближе… Ещё ближе…

— Я не взял тебя вчера, — глухие слова доносились до Лии через пелену. — Тормознул.

— Почему?

— Чтобы ты точно помнила, как это — отдаваться мне впервые.

Лия притихла и прижалась к нему. Она слышала стук его сердца. Значит, Родиона тоже штормит.

— Может… к столу вернемся? — жалобно предложила она, не зная, куда себя деть.

Всё-таки выходить замуж за мужчину, к которому ничего не испытываешь — бред.

Хотя сказать, что она к нему полностью равнодушна — неправда.

— Я не знаю, как с тобой себя вести, — последовало признание вслух.

Надо было что-то делать, двигаться вперед.

Родион коснулся её лица пальцами. Очертил брови, нос.

Тоже прикоснулся к губам.

— Поэтому мы сегодня летим в Дубай.

— Куда-а?

— В свадебное путешествие. Полноценного пока дать не могу из-за ограниченного количества свободного времени, но на пять дней тебя увожу. Как тебе такое?

Она летит в Дубай? В своё первое путешествие?

Конечно, она за! Обеими руками.

Потом они всё-таки попили кофе. Позавтракали. Лия продолжала смущаться. Когда в чашке оставалось несколько глотков, она решилась и на второе откровение:

— Родион, на самом деле я очень тебе благодарна за вчерашний вечер. И ночь.

— Что не тронул тебя? — мужчина откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди.

— Да, — кивнула она, чувствуя себя китайским болванчиком.