Лиза потренировалась с костюмом и достигла отточенности движений, крылья она скидывала в мгновение ока, никаких сложностей не предвиделось.
– Но теперь она мертвая, – стонала Лена, – кто ее убил?
– Укол снотворного, – ответила я. – У Елизаветы было больное сердце, а доза рассчитана на здорового человека.
– Какой укол? – заморгала Елена. – Впервые о нем слышу!
Мне стало противно, потом вдруг пришла усталость.
– Советую придумать более правдивую версию, – грустно сказала я. – Ты переводила для мастера, который монтировал сейфовую комнату, значит, великолепно знала о секрете!
Ленка стала краснеть.
– Кто сказал тебе глупость про переводчицу?
– Твой супруг, – ответила я, – он же не предполагал, что ты задумала убийство наивной Лизы. Ловко все провернула. Законная жена решает помочь беременной любовнице. Тебе повезло, Елизавета оказалась, мягко говоря, глупа и согласилась на твой дурацкий план. Хотя она актриса – история с переодеванием небось пришлась юной дурочке по вкусу. Ты же знала про лекарство и понимала: мощное снотворное убьет соперницу.
За что ты ее на тот свет отправила? Всегда ведь относилась спокойно к Мишиным походам налево!
Латынина вцепилась пальцами в спинку переднего сиденья.
– Я лечилась почти двадцать лет! Испробовала все! Но беременность не наступала! Врач предупредил, что есть крохотный шанс, один из ста, но он мне не выпал. Эта же дрянь пару раз потрахалась и получила ребенка! Где справедливость? Елизавета собралась рожать, она бы потом принесла младенца Мишке… И какова тогда судьба законной жены? Ну уж нет! Это мой муж! Я его никому не отдам! Нечего пасть на чужой кусок разевать! Войну начала Лиза!
Дверь машины распахнулась, показался Миша.
– Что вы тут делаете? – рявкнул он.
Ленка вздрогнула и разрыдалась.
– Только истерик мне не хватало, – заорал Латынин, – без тебя дерьма навалом! Заткнись!
– Думаю, вам лучше поговорить наедине, – вздохнула я, – вот только боюсь, времени на откровенную беседу с выяснением отношений маловато. Сюда скоро прикатит вызванный мною по Мишиной просьбе Костя, заместитель Дегтярева, и начнет задавать вопросы.
Хочу дать совет: чистосердечное признание и искреннее раскаяние могут сократить срок.
– Офигела? – схамил Латынин. – И в чем нам каяться?"
"– Лене – в убийстве Лизы, а тебе – в мошенничестве, – пояснила я, – по странной случайности вы, не сговариваясь друг с другом, решили провернуть свои делишки в один день. Лиза вошла в сейфовую комнату, получила укол и умерла.
