Ленка внешне не похожа, но душа-то моя, родная! Как же я соскучилась! Потрясла головой, выбрасывая из нее абсолютно реалистичных персонажей, барышню Си, Нинью, тетку и Стасика. Шизофрения нас не скосит! Так и с ума сойти можно, на два мира жить. Сон – это сон, а явь – это явь. Вот!
Подгоняемая ароматом кофе, спустилась на кухню. Она располагалась в полуподвале, полукруглые окошки под потолком придавали уютный вид.
На столе дымилась кружка кофе и стояла тарелка с омлетом. Вау!
Даже если хозяин приготовил это для себя, я сначала все сожру, а потом извинюсь.
Приготовлю потом ему омлет, если что. Сейчас я слишком голодна.
Божественный омлет с кусочками колбасы, стручками фасоли, грибами и помидорками кончился слишком быстро. Я уже допивала кофе, когда сзади пожелали приятного аппетита. Маньяк! Я вздрогнула, подавилась и раскашлялась.
Мощный удар по лопатками заставил меня едва не впечататься в столешницу носом. Зато кашель прошел, я вздохнула и вытерла слезы.
– Полегчало? – спросил низкий голос.
– Спасибо, – просипела я.
Маньяк сел напротив со своей кружкой кофе.
Вчера он показался мне выше, шире и намного страшнее. Сегодня напротив меня сидел обычный мужчина, лет примерно пятидесяти-шестидесяти. Как Сан Ваныч. Только Сан Ваныч лысеет и тщательно маскирует лысину зачесанными прядками с висков. А этот, как лев, с лохматой белоснежной гривой. Очень красивая седина, между прочим. Будет. Если помыть, расчесать и уложить. Лицо помятое, усталое, глаза красные, как у студентов перед экзаменами.
Ничего зловещего или угрожающего.
Тонкий джемпер с пятнами и разводами. Руки в пятнах от реактивов и мелкими ожогами, это я с лету заметила. Обычный вид неухоженного холостяка, занимающегося химическими опытами. У нас такие и в институте по коридорам бегали, из курилки не вылезали. Не страшные они, просто не от мира сего. Агрессивными только к научным оппонентам.
Мне бояться, выходит, и нечего. Спорить я с ним не собираюсь. И чего я вчера так испугалась? Дура потому что, правильно тётка говорит.
Истеричка и паникерша.
– Что умеешь, помощница? – спросил профессор.
– Ну, я лаборанткой работала. В Энском меде.
– Кто был завкаф? – маньяк наклонился над столом.
– Сан Ваныч Макеев, – ответила я.
– Сволочь, – бросил профессор. – Собрал компромат и выкинул?
Я пожала печами."
"А, чего я удивляюсь, они же все друг друга знают, научная тусовка очень узкая. Новому человеку туда пробиться крайне тяжело. Я и вовсе пешка проходная.
