Снова вспомнился ""оживший"" утопленник, и подумалось, что уж Лукреция в подобной ситуации точно не растерялась бы — не справилась бы даром, так наподдала бы сапогом чудищу под дых…
— А вы правда труп выловили? — поинтересовалась темная, лениво покачивая ногой, голень которой разместила на колене другой, отчего блестящие накладки щедро рассылали солнечные зайчики по стенам, полу и потолку помещения.
Лина поморщилась — уставшим после бессонной ночи глазам было больно смотреть на яркие блики.
— Уже пошли слухи? — поинтересовалась сдержанно и все-таки не выдержала, поднесла ладонь козырьком ко лбу.
Лукреция хохотнула, но ногу не убрала, наоборот, закачала быстрее, и солнечные зайчики пустились в пляс с новой силой.
— А то, — подтвердила темная худшие опасения Линетты, кажется, испытывая от этого особое удовольствие. — Говорят, это тот кузнец, который пропал в прошлом месяце. Сам упокоился, а какая-то дрянь влезла.
Лина ничего не слышала ни о каком кузнеце, впрочем, она мало интересовалась новостями Прибрежья, не связанными с деятельностью гильдии.
А то, как что-то мертвое может влезть в другое мертвое, было вообще за гранью ее понимания."
"— Что еще говорят? — Устав держать руку у лба, она опустила ее и просто-напросто прикрыла глаза, готовясь услышать очередную ""приятную"" весть.
— Много чего, — промурлыкала темная. — Например, то, что ты спустила резерв и подставила напарника. — Ясно, ничего удивительного. — Что его пришлось исцелять Шорнису по возвращении, — с садистским наслаждением продолжила перечислять Лукреция.
— Поэтому-то Ризаль отменил планерку и заперся с Ренье, да?
Лине пришлось распахнуть глаза, чтобы одарить непрошенную собеседницу тяжелым взглядом.
— Если ты все знаешь, то зачем спрашиваешь у меня?
Лукреция заливисто рассмеялась, запрокинув голову и эффектно тряхнув своей кудрявой иссиня-черной копной волос. Крупные серьги-кольца в ее ушах закачались. Вибрация передалась даже сиденьям, и Лина опустила ноги на пол, намереваясь встать и прекратить этот цирк.
— Да просто так, — выдала темная, отсмеявшись, и поднялась со своего стула прежде, чем Линетта окончательно решила: уйти молча или ответить какой-нибудь колкостью. — Надеюсь, Ризаль тебя приголубит как надо, — припечатала Лукреция на прощание. — Белая неженка. — Темная попыталась потрепать Лину по волосам, словно приблудного щенка, но та успела отклониться.
