Он невесело усмехнулся.
— Понимаю, конечно. И отец это всегда понимал. Но с чувствами не поспоришь. А я, словно в насмешку, еще и унаследовал ее тонкую кость и цвет волос. Тетушка в детстве смеялась, что, наряди меня в платье, не отличишь от матери в моем возрасте. Все братья и сестры чернявые, смуглые — в отца. Он у меня еще здоровый, как медведь, плечистый. Братья такие же… А еще дар.
Лина нахмурилась.
— У остальных его нет?
Айрторн покачал головой.
— Ни у кого. У моей бабки, материной матери, был девятый уровень дара, но она вышла замуж за обычного мужчину без крупицы магии, и родилась моя мать — тоже без дара.
В роду отца магов и не было никогда. И шестеро их совместных детей родились самыми обычными. Никто и не ожидал. А тут… я.
Конечно, в те времена Лины и самой еще не было на свете, но она все равно могла представить, каково это — рождение темного мага в знатной неодаренной семье. Двадцать пять лет назад быть черным считалось все равно что быть проклятым. Гонения со стороны общества и государства, обязательное ношение ограничивающих-артефактов в виде серег, которые срабатывали от применения магии по направлению к бездарным или светлым магам: одна попытка — предупреждение вместе с адской болью, с которой звено серьги вплавлялось в шею, исчезая из связки, третья ошибка — мучительная смерть.
Если род Айрторнов действительно так знатен и влиятелен, как рассказывал Андер, то в то время рождение ребенка — черного мага стало для них не только ударом, но и чуть ли не позором.
— Он… — начала она и не нашла слов.
Линден понял сам.
— Обижал меня? — Чуть улыбнулся, бездумно поглаживая ее ладонь. — Нет, конечно. Не бил, не морил голодом, не держал в подвале и даже не сыпал обидными словами. Просто… не любил. Ничего такого. И ты была права: у меня с детства все было: деньги, няньки, воспитатели. Так что не придумывай драмы. Отец вел себя достойно. Только… равнодушно. Старался, чтобы я не попадался ему на глаза.
— А сестры и братья?
Айрторн хмыкнул.
"
"— Дети более жестоки, чем взрослые. Но, опять же, ничего такого, — поспешил заверить, пока она опять не придумала, как он до этого выразился, драмы. — Брошенные исподтишка слова, пока отец не слышит, и только. Когда мне проверили уровень дара и убедились, что он выше среднего, отец мудро нанял и приставил ко мне учителя. Правда, сам он не особо жаждал вникать в магические дела. Или просто выбрал надежного человека.
