А учитывая то, что данный вызов не был зафиксирован документально, потому что испуганные люди просто-напросто перехватили их на улице…
А-а-а, к черту."
"— Выздоравливайте, — сказала Линетта, протянула руку и кончиками пальцев коснулась женской щеки, на которой уже успел налиться фиолетовым свежий кровоподтек; выпустила силу.
— А? — растерялась горожанка.
Линетта покачала головой и отошла.
""К черту, к черту, к черту"" — эта мысль так и пульсировала в голове.
Люди отмерли, зашевелились. Двое мужчин вышли вперед, подхватили пострадавшего за плечи и за ноги и понесли в дом.
Его супруга сорвалась с места и побежала вперед, чтобы распахнуть перед ними пробитую в нескольких местах тонкую деревянную дверь.
— Расходитесь, пожалуйста, — устало попросила Лина и отвернулась. — Давай помогу. — Подошла к напарнику и положила ладонь ему на плечо.
Айрторн вскинул голову. Его нос и правда немного припух, но кровь вроде бы остановилась. Однако руки у него еще немного подрагивали — не зря он так крепко ухватился за ограждение.
— Резерв береги, у нас еще три рабочих часа, — Линден отказался от помощи.
""К черту резерв"" — захотелось выкрикнуть Лине, наблюдая за тем, как он таки оторвал одну руку от забора и сжал пальцами переносицу. В общем-то, аура напарника выглядела неплохо, но…
С каких пор она стала переживать за него больше, чем за себя?
Эта мысль отрезвила, и Линетта вовремя прикусила язык и не стала настаивать.
Линден же что-то прочел в ее лице, улыбнулся — тепло и открыто.
Наконец оторвался от забора и вытянул левую руку ладонью вверх. На внутренней стороне его запястья красовался глубокий неровный порез — саданул то ли по вовремя подвернувшемуся камню, то ли по придорожному водостоку, чтобы напоить подселенца своей кровью, не ослабляя захвата.
— А тут давай, — разрешил примирительно.
Она фыркнула в ответ на эту браваду и накрыла теплую кожу своей холодной ладонью. По крайней мере, ей казалось, что у нее очень холодные руки.
Айрторн, как и всегда, даже не дернулся, только поморщился от ощущений, приносимых быстро стягивающейся кожей.
Сколько уже его ран Лина исцелила за месяц совместной работы? Теперь-то она понимала, зачем, перед тем как влезать в бой, напарник всегда старался сбросить с себя плащ и подвернуть рукава рубашки.
— В следующий раз оставь мне нож, — проворчала она, отняв руку и осматривая результат своих трудов. — Я могла бы подать его тебе, и не пришлось бы так варварски курочить руку.
