Линия жизни

Дурной признак. Старик крайне взволнован.

– Заходи, присаживайся. – Мишель подала пример. Между двумя креслами из ниши в полу поднялся столик с напитками, к которым морф не прикоснется, ему чужда эстетика вкусовых ощущений.

Хорс перешагнул порог, усилием воли все же сформировал человеческий облик. Теперь его кожные покровы имитировали одежду, метаморфозы быстро завершились, черты лица обрели стабильность.

– Что стряслось? – спросила Мишель, понимая – ранний визит вызван крайней необходимостью.

Она с трудом привыкала к внезапным переменам. Не так давно морфы безраздельно правили обветшавшим искусственным миром, в их руках, если выражаться привычным для человека языком, находились все ресурсы Н-болга, а следовательно, и жизни существ, населяющих огромную, но в большей части – разрушенную станцию.

– О чем ты только думаешь?! – Хорс уселся в кресло, взглянул мрачно. Образ ворчливого, вечно недовольного старика более всего подходил к его характеру.

– Выражайся яснее. – Мишель налила ему воды, и морф сделал несколько глотков, из вежливости. Нет, скорее из страха. «Все необратимо изменилось, – думала девушка, глядя на сгорбившуюся в кресле фигуру. – Почему он боится меня? Только из-за способностей? Но он знал о них давно и без зазрения совести много лет использовал меня в своих целях!»

– Ты обещала передать нам, – Хорс подразумевал всех Ц’Остов, – управление ядром реакторов! Но, – он неприязненно осмотрелся, – вместо этого ты снова тратишь драгоценные ресурсы на прихоть, восстанавливаешь никому не нужные отсеки!

– Так, остановись! – Мишель совершенно не хотелось ссориться с морфом, но в последние дни старик сам упрямо нарывался на конфликт.

Ц’Ост съежился, на миг утратил человекоподобный облик, его кожные покровы мимикрировали, сливаясь с материалом кресла, но спонтанная метаморфоза длилась всего пару мгновений – он быстро взял себя в руки.

– Неужели слово «сотрудничество» тебе не понятно? – Мишель не на шутку рассердилась. Они с Глебом и так прилагали невероятные усилия, нацеленные на поддержание Н-болга. Хорсу никогда не понять, какую цену мы платим за управление подсистемами станции! – обида на миг завладела ею.