Линия жизни

«Ты хочешь накормить свою ненависть?»

«Это неправильно! – Алгиты мыслили совершенно иными категориями. – Эшранги исчезнут. Хонди исчезнут. Но придут другие цивилизации и снова воспользуются вратами. Ты не можешь их уничтожить! Мы просим: не надо!»

Дениса лихорадило. Страх перед смертью накатывал волнами дрожи, но тут же отступал под обжигающим напором ненависти. Нервы давно сгорели. Жизнь, полная горьких, так и не сбывшихся надежд, подошла к концу.

Алгиты впитывали его мысли. Фаттах рефлекторно дрожал, предчувствуя гибель.

В груди внезапно зародился неприятный холодок – откуда-то вдруг появилось ощущение пристального взгляда со стороны. Сканируют? Сбой в расширителе сознания? Или эмшир меня выцеливает?

Нет. Все пока чисто.

Откуда же это стылое, пробирающее дрожью чувство?

Да наплевать уже! – он совершил плавный разворот на краю газопылевой туманности, набрал ускорение, лег на боевой курс.

Вот теперь – встречное сканирование! Денис невольно похолодел, но крейсера эшрангов лишь окатили излучением движущийся по инерции, истекающий атмосферой фаттах и не открыли огонь.

Его взгляд выцвел от напряжения.

Дистанция до цели стремительно сокращалась…

Ощущение чьего-то постороннего присутствия стало нестерпимым. Кожу вдруг начало стягивать крупными мурашками.

Алгиты подавленно притихли и уже не пытались протестовать.

…Пот градинами катился по искаженному лицу Бестужева.

На блоках аппаратуры бесновались тревожные сигналы. Андроид подскочил к нему и замер, осознав, что любое вмешательство попросту убьет Егора.

Его рассудок находился сейчас за сотни световых лет от Пандоры, и грубо прерванный сеанс внепространственной связи окончится помешательством – это в лучшем случае.

Искусственный интеллект замер, оцепенел. Он не знал, что делать.

Губы Егора дрожали. Он что-то шептал.

«Восемнадцать градусов по курсу!»

«Доверни!» – чужой, незнакомый голос бился в сознании Дениса, он не принадлежал ни алгитам, ни фаттаху, никому, с кем судьба сводила Рогозина.

Порядка сотни эмширов, добив подсистемы Н-болга, возвращались, выстраиваясь в очередь для захода в вакуумные доки атлаков.

Истребители эшрангов маневрировали уверенно, не спеша, уже никого не опасаясь.

«Доверни!» – чужой голос рвал сознание в клочья.

– Почему? Зачем?! – Денис не выдержал, закричал.

…Губы Бестужева кривились, рот приоткрылся в немом крике.

«Я больше не могу никого терять! Не могу!»

За несколько минут он прожил еще одну жизнь. Жизнь Дениса Рогозина.