Лётчик

И лишь к исходу третьего дня меня вызвали к телефонному аппарату в комнату дежурного офицера по авиа школе. Сергей Васильевич наказал завтра к двенадцати часам пополудни прибыть в Адмиралтейство. Дежурному обо мне будет известно, он меня и направит дальше.

Кое-как всё это смог разобрать — связь с помехами, треск сплошной на линии. Да я с Псковом лучше поговорил, чем сейчас со столицей. Пришлось голос напрягать и кричать в трубку изо всех сил. От моего ора стены дрожали, наверное. Как будто от этого громкого крика помехи на линии испугаются и исчезнут.

Ладно, раз приказано явиться, явлюсь.

Утром встал пораньше, добрался до столицы на поезде. В Александровском саду возле Адмиралтейства быстро скинул с плеч и свернул в тючок свою потёртую лётную куртку, поправил гимнастёрку, убрал складки назад. За время командировки моя форма немного поистрепалась, подвыгорела, поэтому я и добирался сюда в кожанке. Как-то не рассчитывал я в столице оказаться. Знал бы, взял бы с собой в командировку и новый китель, и брюки с новыми ботинками.

Понимаю, что видок у меня ещё тот, да куда денешься, другой формы нет. Хорошо хоть вчера сапоги начистил до зеркального блеска да брюки нагладил. О стрелочки порезаться можно.

Прямо на входе в здание обратился к дежурному, наплевав на снисходительные взгляды встречных лощёных офицеров. Пару раз даже кое-кто из них вроде как собирался устроить мне выволочку за неопрятный внешний вид, да я каким-то образом умудрялся быстро выскользнуть из-под высокого начальственного взора.

А вообще-то зря я вчера не сообразил отказаться от приглашения в Адмиралтейство. Ну что мне стоило предложить Остроумову встречу на нейтральной территории? Хотя бы в этом Александровском саду? Сослался бы на отсутствие формы и все дела. Да он и сам бы вряд ли стал моему предложению противиться, наверняка бы вспомнил, как я выгляжу.

— Ступайте за мной, — беспристрастный голос дежурного офицера заставил очнуться от раздумий и поторопиться следом за ним.

В указанный мне кабинет я прошёл один, оставив дежурного в небольшой приёмной.

Прикрыл за собой тяжёлую дверь, развернулся и доложился. Ну и что, что Остроумов в этом просторном и светлом помещении находился один? Здесь не поле и не небо, а я всего лишь поручик, и передо мной за огромным столом сидит целый генерал. Поэтому и отрапортовал о прибытии по вызову, как по Уставу положено.

— Времени мало, Сергей Викторович, поэтому перей ду сразу к делу. «Фарман» ваш отремонтируют, об этом можете не беспокоиться.