В карцере не было ничего кроме стен, кровати и книжного шкафа. Книги в шкафу были сплошь неинтересные – опусы по истории, географические атласы, скучная классика и прочая никому не нужная ерунда. Так уж вышло, что Ю перечитала почти всё, что было в том чёртовом книжном шкафу. Так уж вышло, что в карцере она оказывалась чаще других. Так уж вышло, что вынужденное безделье заставляло её обращать свой взор на книги. Сначала заставляло, а потом Ю втянулась.
– Только книг новых дайте, – просипела она.
Наверное, Дора ей что-то ответила.
Не могла не ответить. Это же Дора! Вот только Ю не услышала, что именно. Мир вокруг неё вдруг завертелся, закручиваясь в глубокую чёрную воронку, утаскивая Ю обратно в темноту.
Очнулась она уже на заднем сидении внедорожника Доры, мчащегося на всех парах по ухабистой грунтовке. Очнулась, но предпочла не подавать вида. Вот только обмануть Дору было непросто.
– Очухалась? – спросила она, не поворачивая головы.
– Вроде того, – буркнула Ю. – А где дед?
– Ушёл.
Значит, ушёл. Ю вздохнула с облегчением. Гнев Доры она как-нибудь переживет, а вот недовольство деда…
– Есть хочешь?
Конечно, она хотела! Теперь она много чего хотела! Пить, есть, в туалет, в горячий душ…
– Мне бы выйти, Доротея Аркадьевна. На пару минут.
– Выходи! – Дора ударила по тормозам.
Пока Ю разбиралась с базовыми потребностями, Дора приготовила влажные салфетки, бутерброды с колбасой и термос.
– Твой дед велел напоить тебя этим. – Она понюхала горлышко термоса и наморщила нос.
– Мерзость какая-то!
Ю не стала спорить. Отвары деда никогда не были вкусными, но всегда были эффективными. Она впилась зубами в бутерброд, сделала большой глоток горького дедова пойла. Хорошо! Вот теперь в самом деле хорошо.
– Без больницы обойдёшься? – Дора смотрела на неё пристально. – Твой дед сказал, что обойдёшься, а что скажешь ты сама?
– Обойдусь, – пробубнила Ю с набитым ртом.
– Хорошо. – Дора кивнула. – В полицию я не заявляла, на уши никого не ставила.
Если ты понимаешь, о чём я.
Ю понимала. Кому нужен этот геморрой с исчезновением воспитанницы? Тем более, когда ближайший родственник не возражает.
– Спасибо, Доротея Аркадьевна, – сказала она и даже покаянно склонила голову. Голова тут же закружилась.
– Сутки пробудешь под наблюдением в здравпункте, а потом в карцер! – Отчеканила Дора, и Ю не стала спорить.
Вместо этого она спросила:
– Как вы меня нашли?
– Не мы, а этот… волколак твоего деда.
