Лишнее золото. Судьбы цвета хаки

Армейские джипы, грузовики и пикапы – вот самый распространенный транспорт. Ладно, прогуляюсь пешочком в местное «гестапо». Все равно разговор «с внушением» неизбежен. Правда, не я начал драку, так что нотаций достанется меньше, чем моему вчерашнему визави. С другой стороны, если верить тому же Виктору, то мистеру Чамберсу вообще ничего не грозит – за совершенные им подвиги у него пожизненное отпущение грехов.

– На первый раз тебе ничего не будет, – Виктор прицелился в меня пальцем, – в следующий раз – штраф. Заплатите только за разбитую мебель.

Семьдесят пять экю!

– Неплохо, – усмехнулся я, – меня били, и мне еще штраф платить?

– Штраф удерживается со всех участников. Право слово, как дети! Тем более что били не только тебя, Джеку тоже досталось. И запомни на будущее – пока ты на службе, твоя тушка принадлежит Ордену! Нечего портить имущество, ввязываясь в драки и свары.

Имущество, значит. Прав был Чамберс. Охранники, как и любые наемники, – это обычное «мясо». Разница только в цене.

– Деньги, причем немаленькие, платят не за то, чтобы ты сотрудников по полу валял.

В общем, ты понял, – хмуро заметил Виктор и провел рукой по подбородку.

Черт побери, сдается, что в свое время и ему доводилось получить от Джека хорошую трепку. Я даже улыбнулся, представив эту картину.

– Нечего скалить зубы, Нардин! Взрослые мужики, а ведете себя как мальчишки в колледже! Займись делом. Изучи документы, подготовь снаряжение. Завтра вернется твой шеф, а он не любит бездельников.

– Ладно, – кивнул я, – пойду читать бумаги.

До вечера."

"Карта представляла из себя небольшой кусок суши, на котором было обозначено несколько городов. Как Виктор и говорил, основная масса поселений находилась на побережье. Самые крупные – Порто-Франко, Виго и Нью-Портсмут. Западнее, вдоль берега – еще несколько точек без названия, и самая южная – форт Линкольн, разместившийся на полуострове. К северо-западу, примерно в пятистах километрах от него, у окончания горной гряды, было еще одно поселение: Западный форт, который местные остряки прозвали «Последним приветом».

Коллега оказался прав – обширной эту географию никак не назовешь. Дальше на запад карта пустовала. Лишь береговая линия была обозначена тонкой линией, обрывавшейся в четырехстах километрах к западу от форта.

Про животный мир сведений было и того меньше. Несколько фотографий местных хищников, похожих на африканских гиен, и фраза, поражающая своей «заботой» о колонистах: «Животный мир изучен недостаточно.