Лишнее золото. За гранью джихада

Не скажу, что совсем расслабились, но автоматы мирно висят на пузе. Только первые двое держат их наперевес, на сгибе руки. Стволом вверх. Вояки… Когда передовой дозор втянулся в распадок, даже ветер затих. Или мне так показалось? Черт с ним: может, и показалось…

Десять человек вышли из узкого прохода в распадок и развернулись в два «шахматных» ряда, внимательно ощупывая глазами близлежащие склоны. Один из них спустился по камням к ручью и начал жадно пить воду, захватывая ее пригоршнями.

Когда их взгляд скользнул по нашей позиции, было такое чувство, что по лицу гусиным пером провели.

Так всегда бывает. Взгляд кожей чувствуешь. Каждой клеткой своего тела. Дозор прошел около ста метров по распадку – и наконец в проходе показалась голова колонны. Эти бородатые мальчики шли кучно. Многие из них, выйдя на это широкое место, даже плечи расправили. Я прищурился и хмыкнул. А вот это уже становится странным. Местные жители так себя не ведут. Они выросли в горах и любое, самое узкое ущелье, для них – дом родной. Кто же это такие? И одежда у них немного отличается. Качественная, привычно сидящая на плечах. Не новобранцы на этой войне. Наемники? Откуда? В распадке уже собралось около тридцати человек. Хотя… Какие это люди? Это стадо баранов, которых пастухи ведут на убой.

Один из наших снайперов выбросил в сторону сапера пятерню и, не отрываясь от прицела, начал загибать пальцы. Он сейчас единственный, кто видит, что происходит на тропе.

Раз… два… три… долгая, пятисекундная пауза… четыре… Я глубоко вдохнул и медленно выдохнул.

Вдох…

Взрыв! Еще! Два взрыва грохнули с небольшими паузами.

Вместе с разрывом по передовому дозору ударил пулемет. Длинная очередь ударила по людям, и четыре бандита рухнули как подкошенные. В игру включились и мы. Подбросили немного свинца мальчикам в организм. Они даже огрызнуться не успели. Еще двоих достали Верещагин с Филином, но, видно, не убили, а ранили – бандиты упали, но пытались отползти в сторону. К ним метнулись две фигуры и, схватив за разгрузки, потащили в укрытие за камни.

Своих не оставили. Молодцы! Хоть и твари, но молодцы. Извини, парень, но я тебя вижу… Выстрел! Бандит вздрогнул и завалился на бок. Рядом с ним взметнулись фонтанчики пыли, и он дернулся еще раз. Хорошо так дернулся – мертво. Как мешок, набитый навозом. Пулеметчик бьет короткими очередями, иногда срываясь, – и тогда по камням хлещет длинная плеть из свинца. Еще несколько коротких очередей – и он переносит огонь вглубь, в проход между скалами.