Лишнее золото. За гранью джихада

Постоянно держал для Никиты пакетик.

Чер – трава, растущая где-то в горах, на западном побережье. Лечебная трава. Обладает жаропонижающим и антивоспалительным действием. На что похожа? На клюкву. Только листья у чера более крупные и ярко-желтого цвета. А вот цветки, наоборот, – зеленые. Их собирают, сушат и заваривают чай. Хорошее средство при бронхите. Даже при воспалении легких, если под рукой нет антибиотиков, помогает. Листья тоже собирают. Их высушивают, измельчают в порошок и обрабатывают раны. Что-то вроде стрептоцида получается.

Есть и побочные эффекты – сонливость. Это ничего. Все равно малыша на руках несем.

На следующие утро немного распогодилось. К сожалению, это ничего не значит. Погода в это время года непредсказуема. Может вылезти солнце, которое через полчаса скроется среди туч, и зарядит такой дождь, что даже дома сидеть неприятно…

К Ахтою мы вышли только через неделю. Я уже был готов взорваться от злости и бессилия, но ничего сделать не мог. Быстрее идти не получалось. Погода преподнесла очень неприятный сюрприз в виде затяжных дождей с грозами.

Гроза в горах – это не самое приятное для бродяг вроде нас. Тем более – с больным ребенком на руках.

Доктора, у которого мы нашли приют, звали… Хотя, пожалуй, я не буду называть его имени. Зачем вам это знать? Достаточно того, что этот человек был надежен, как автомат Калашникова. Я ему доверял. Один раз он меня укрывал в своем доме. Меня тогда немного продырявили, и я отлеживался у него почти месяц, зализывая раны. За мою голову обещалось десять тысяч экю, но доктор не выдал.

Кстати, он чистокровный чеченец. Я это к тому, что не все местные жители – бандиты и головорезы. Многие прибыли в Новый мир, чтобы спокойно жить рядом со своими родными. Увы, но им опять не повезло.

Доктор хоть и удивился нашему появлению, но вида не подал. В сезон дождей люди предпочитают отсиживаться дома, выбираясь только к соседям и в лавку.

– Добрый вечер, док. Нам очень нужна ваша помощь.

– Проходите в дом. Чужих там нет. – Он кивнул и посторонился, пропуская нас во двор.

Выглянул, осмотрел залитую дождем улицу и запер калитку.

Через несколько часов мы сидели у очага и грелись. Как только пришли, доктор сразу занялся Шарлем, а мы молча стояли рядом и пачкали комнату, где доктор принимает больных. С мокрой одежды натекла приличная лужа. Док возился около получаса. Малыш совсем ослаб и послушно выполнял все, что ему говорил «дядя доктор». Даже на инъекции не отреагировал. Малыш, малыш… Ничего, все будет хорошо.