Лишнее золото. За гранью джихада

После подписания всех необходимых документов Патрик Бэлл проводил меня на медосмотр. Плоская как доска медсестра взяла кровь и, покраснев, ушла делать анализы. И чего было краснеть? Ну нет у тебя бюста, красавица, что уж тут поделаешь? Это жизнь. Всякое может случиться. Говорят, что женский бюст увеличивается от хорошего массажа. Хотел ей сказать, но вовремя одумался. Казарменный юмор здесь не поймут. Зачем мне лишние проблемы?

Потом мы решили финансовый вопрос. Жалованье и правда приличное. Мне предложили девятьсот пятьдесят экю.

Выплачивается каждые две недели, на банковский счет Ордена. Предложили решить проблему с моими банковскими сбережениями, но в этом не было необходимости. Все мои деньги – со мной. Это тридцать тысяч франков, превратившиеся в две с половиной тысячи экю и двадцать золотых монет достоинством в один крюгерранд. Я не стал их менять на новоземельную валюту. Тем более что эту самую валюту можно увидеть только там – в Новом мире. Поживем – увидим. Золото – всегда золото. Эти монеты, если можно так сказать – остатки былой роскоши и память о последней афере в Африке. Нет, это никак не связано с Иностранным легионом. Это было уже после моей отставки. Перед отъездом в Америку я заехал в Париж, чтобы встретиться со своей сестренкой и братьями. Отдал им ключ от своей банковской ячейки, где лежат еще шестьдесят золотых монет. Они молодые, и деньги им пригодятся. И старикам помогут, если что.

Закончив все формальности, Патрик Бэлл поднялся и торжественно пожал мне руку. Сказал, что был рад («Очень! Очень рад!») со мной познакомиться и надеется, что Новый мир послужит тем самым шансом, который «приведет меня к процветанию, новым идеалам и хорошей жизни».

Если честно, то я и раньше на свою жизнь не жаловался, но так и быть. Кто знает: может, ему со стороны виднее?

Немного позже меня проводили в арсенал, где я познакомился с его хранителем. Мужчина лет сорока с небольшим. Невысокий, плотного телосложения. Седоватый. На его рабочем столе, рядом с телефонным аппаратом, лежит широкополая шляпа.

Еще один техасский ковбой?

– Майкл, – кивнул мне оружейник и, прищурившись, посмотрел на меня. Внимательно и цепко. Несколько секунд разглядывал, потом хмыкнул и кивнул еще раз: – Майкл Беннет.

– Карим, – я сделал небольшую паузу, – Карим Шайя.

Оружейник не выдержал и расхохотался. Хохотал так, что в оружейку заглянул один из охранников, дежуривших в коридоре. Кстати, этот исследовательский центр охраняют очень серьезно. В коридорах висят видеокамеры.