Лишнее золото. За гранью джихада

Вся остальная мелочь – пятьдесят экю. Итого, мы имеем четыреста экю и подарок – один звонок в береговой патруль.

– А зачем звонить в патруль? – спросил Матео и шмыгнул носом. Потом вытер грязным рукавом нос и уставился на меня.

– Если ты доложил патрулю о находке, – я пожал плечами, – то бояться тебе нечего, и я спокойно выплачиваю тебе деньги. Прямо сейчас. Если они ничего не знают про найденный тобой вельбот, то забираешь свои «находки» и топаешь отсюда. Устраивает такой вариант?

Пока я созванивался с патрулем, Матео пытался погладить Рино.

Рысь спокойно отнеслась к этим попыткам подружиться и милостиво разрешила погладить себя по спине. Свою голову Рино доверял только мне и одной моей хм… знакомой.

Через двадцать минут вернулся Керро. Насвистывая какую-то веселую мелодию. Видимо, успел «извини, немного задержался». В руках держал три жестяных судка с испанским рагу. Так как дежурный подтвердил информацию о разбитом вельботе (очень удивленным тоном), то Васкес открыл сейф и, страдая от очередного безденежья, облегчил кассу на двести пятьдесят экю.

Сто пятьдесят экю добавил я и забрал себе карабин. Есть у меня одна подружка, которая обрадуется такому подарку.

Потом мы неторопливо закусили чем бог послал, и Матео, спрятав деньги в карман, убежал к матери. Керро Васкес пошел обслуживать заглянувших покупателей, а мы с Рино вернулись в мастерскую. К эскизам, серебру и черному ониксу, лежащему на моем столе большой выпуклой каплей.

К вечеру, когда уже начало темнеть, я закончил половину браслета.

Если быть точным, то половину восковой модели. Работа мне нравилась, результат – тоже, и я решил немного отдохнуть. В этот момент позвонила моя подружка, живущая на другом конце улицы, и пригласила на завтрак. У нас в Виго свои традиции, и завтракать начинают поздно вечером. Мало ли как дело обернется? Чтобы не опоздать к утреннему кофе, лучше прийти заранее. Например – вечером.

Закончив работу, я принял душ и уже через час был готов к подвигам. Начало смеркаться, когда вышел из дому.

Кстати, в доме два выхода. Один парадный и второй, выходящий в переулок между домами. Я им пользуюсь, когда лень топать через лавку.

Что-то насвистывая, я вышел на свежий воздух. Людей не было видно. Они здесь рано ложатся спать и поднимаются еще до зари. Вечером улицы пустеют.

Я уже собрался закрыть дверь, но послышался какой-то топот. Со стороны набережной появился бегущий Матео. Видимо, парень опять что-то натворил и теперь пытался удрать.