Лишний_в_его_игре

Ненадолго закрывает глаза, собираясь с духом, а когда открывает снова, лицо у нее уже другое — спокойное, холодное, на губах играет легкая вежливая улыбка."

"Катерина Николаевна встает из кресла, выпрямляет спину и скрещивает руки перед собой. Так она выглядит уверенной в себе.

— Нет. Я не буду ничего писать, — мягко говорит она, а затем строит растерянное и наивное лицо и виновато улыбается. — И вообще, как же я забыла… Я деньги передала на хранение маме. А те несколько купюр я просто подарила Дане.

Это все ужасное, ужасное недоразумение! Простите за беспокойство.

Она виновато смотрит на милиционеров. Те переглядываются, что-то ворчат и, качая головами, плетутся к выходу. Видно, что не поверили ей, но лезть не будут. Катерина Николаевна провожает их и, вернувшись к нам, наконец сбрасывает свою маску. Она оскорблена и зла. Ее голос ледяной, слова она чеканит:

— Ни один из вас не уйдет отсюда, пока виновный не признается. Что произошло?

— Мам, я не брал эти деньги! — Ярослав строит честные глаза, даже пускает слезу.

— Мне незачем их брать. Если бы я хотел, то крал бы понемногу, и не из сейфа, а у тебя из кошелька. Так было бы незаметнее. Но чтобы такую гигантскую сумму? Я что, совсем дурак? Ты же сразу на меня подумаешь, у тебя теперь так: если какая проблема, значит, обязательно я виноват!

Он говорит с обидой. И видно, что его слова Катерину Николаевну задевают. На лице снова появляется смятение. Ей очень, очень хочется ему поверить. Я с ужасом понимаю, что теперь все стрелки указывают на меня и я тоже должен привести веские доводы в свою защиту… Что за дрянной мир, где правду еще надо доказать? Ничего в голову не приходит.

Поэтому я выбираю другую тактику и саркастично бросаю:

— Конечно, это я. Я заходил к вам, пока вас не было дома. Украл все деньги. Ведь я — кто? — Я развожу руками. — Сосед из плохой семьи, мне плевать на вас, я вас просто использовал. А вообще все это моя мама замыслила. Эти деньги я для нее украл.

Зря вы милиционеров выпроводили, они бы еще покопались. Пошастали бы подольше по моей квартире, еще бы какие улики собрали. Я ведь еще много всего прихватил, помимо денег.

Я говорю так едко, потому что все же обижен. Как она может думать на меня?

Катерина Николаевна хватается за голову, как будто от внезапной мигрени, закрывает ладонями лицо. Тяжело, с шумом выдыхает:

— Как же я от вас устала!

— Мам, ну действительно, кто он тебе? — напирает Ярослав.