В конце концов, у нее были периоды, когда она чуть ли не на одной воде держалась, в ожидании зарплаты. А тут работать не надо, везут в тепле и мягкости. Муж озвучил, что поесть ей принесут только после ее просьбы, причем, сделает это его любовница. Брать что-то из рук его девки? Ни за что! Тем более, что муж не запрещал ей самой искать пропитание – что-нибудь приготовить, угоститься у других, найти, наконец, ягоды в лесу – она этим воспользуется. И вести себя будет тихо и покорно. Ни перечить не будет, ни спорить, глазки в пол и «да, мой господин».
Посмотрим, у кого нервы крепче.
Когда князь велел ей сесть в повозку, Света даже обрадовалась – там ей не придется изображать «жену-рабыню» и она, наконец, сможет поговорить с Милисентой! Еще бы Лиану куда-нибудь спровадить – было бы вообще отлично.
Но везение не кончалось – в повозке Милли была одна. Как оказалось, сестренка выпросила у Рагнара позволение дальше ехать верхом.
Наконец-то, они познакомятся и наговорятся!
Девушки друг другу взаимно понравились, и принялись делиться информацией и планами, сидя рядом в мягко покачивающейся повозке.
Дорога из леса вышла на большое поле, когда мимо окна повозки пронесся Фейри. Светлана охнула – неужели, упустили ее красавца? – и высунулась в окно, пытаясь рассмотреть, куда поскакал перламутровый текинец. Ну, задаст же она коноводу!!!
Между тем конь повернул назад, и Света увидела, что на нем сидит Лиана.
- Что, тоже хочешь покататься? – весело спросила она, поравнявшись с повозкой.
– Не выйдет, конь уже занят!
- Это мой конь! – возмутилась Светлана. – Кто тебе позволил его взять?"
"- Как кто? Сам князь и позволил, - ответила Лиана. – Он сказал, что я могу выбрать любую лошадь, я выбрала этого. Что ты так побледнела? Если уж приходится мужа со служанками делить, то коня-то для сестры тем более не жалко.
Сестра расхохоталась и подняла аргамака в галоп.
Светлана отшатнулась, будто ее ударили по лицу, и сползла на скамейку, закрыв лицо руками.
Рагнар какое-то время ехал во главе отряда вместе с Никодием, потом решил проверить, как Алана.
Вдруг он увидел - серебристая молния проскакала в одну сторону и, развернувшись, скачет обратно.
Ах, паршивка! Все-таки взяла текинца! Он шкуру спустит с коновода, как тот посмел отдать девчонке коня княгини?
Пришпорив гнедого, князь успел к моменту, когда Лиана, рисуясь, кинула сестре жестокие слова, и увидел, как смертельно побледнела и отшатнулась Алана.
