Не рассказывать же князю, что в прошлой жизни она с двенадцати лет и до окончания школы пропадала на ипподроме все свободное время? И все каникулы проводила там же? Да, тело сейчас не ее, но она с ним вполне сроднилась и может себе позволить вспомнить прежние умения. И не говорить же, что посадка такая – жокейская. И когда всадник привстает на стременах, он облегчает лошади заднюю часть. Скакать становится легче, и конь бежит быстрее.
- Значит, оба первые? Тогда мы оба проиграли желание!
Упс, вот про это она не подумала! Ну, ничего, на крайний случай, она выслушает желание мужа и перекроет его своим.
- И какое твое желание? – осторожно поинтересовалась княгиня.
- Назови сначала ты, - предложил князь.
- Нет, ты первый, - не уступала Алана.
- Хорошо, не будем спорить. Тогда давай скажем вместе.
Рагнар покосился на охрану и подъехал к жене поближе.
- На раз-два-три? – предложила девушка.
- Как это? Объясни!
- Я говорю «раз-два-три» и как только произнесла последнее слово, мы одновременно говорим наши желания.
- Давай, попробуем, - согласился Рагнар, прижимая гнедого к боку текинца. – Помни, твое желание не должно касаться браслета.
- Раз! Два!! Три!!!
- Поужинай со мной сегодня, я отменяю приказ про служанку.
- Отмени приказ просить еду у служанки.
Пару секунд они осмысливали услышанное, а потом Светлана расхохоталась. Князь, еле сдерживая смех, отвернулся так, чтобы воины не могли увидеть, и улыбнулся. Какая она еще девочка! И как ей идет искренний смех и улыбка!
- Приветствуем тебя, князь Мадраскара и империи, Рагнар!
- Приветствуем тебя, княгиня Мадраскара и империи, Алана Дарующая!
Светлана ойкнула и поспешно натянула повод, растерянно глядя на троих мужчин в странных балахонах, заступивших княжеской чете дорогу.
***
- Риная! Наконец-то! – Лиана кинулась к кормилице. – Посмотри, что со мной сделал князь! Из-за недостойной! Она его околдовала!
- Девочка моя! Триединый, твои волосы! – женщина заплакала, прижимая к себе голову девушки.
– Но как? За что?
- Всего лишь за то, что я взяла покататься коня, который нравится Алане. Но это не все наказание – меня посадили на хлеб и воду, а когда доедем до империи, меня высекут.
- Триединый! Высекут??! Не допущу!!!
- Но что мы можем сделать? Он – князь, - Лиана опять зарыдала.
- Я придумаю, я все придумаю. Ты еще станешь княгиней, а та, из-за которой все случилось, умоется кровавыми слезами.
- Как это возможно? Он с Аланы пылинки сдувает.
