Божьи посланники ушли, в шатре материализовались слуги, спешно перенакрыли на столы также бесшумно исчезли.
Рагнар с трудом переваривал то, что услышал от супруги. У него в голове крутились тысячи возражений, аргументов и доказательств превосходства мужчин, их незаменимости, мудрости, но он сдерживался, чувствуя, что княгиня сейчас не готова это услышать.
- Давай поужинаем, присаживайся, - пригласил он Алану. – Доставь мне удовольствие – поешь с аппетитом! Смотри, здесь чего только нет! Я не знаю, что ты больше всего любишь, поэтому приказал приготовить всего понемногу.
Если хочешь что-то еще – только скажи!
Светлана окинула столы – действительно, только птичьего молока и не хватает. Хотя, а что там, в том кувшине? Не удивлюсь, если как раз птичье молоко. И хорошо, что она перекусила раньше, иначе сейчас не выдержала бы и наелась всего подряд, а потом с животом маялась. Хотя, здесь же целитель под рукой?
Светлана внимательно осмотрела стол – чего бы ей хотелось?
Тем временем, князь уже набирал кушанья на отдельное блюдо.
- Вот, это очень вкусно, попробуй! И это. А это вообще восторг!
Действительно, вкусно!
Света перепробовала почти все, не позволяя себе больше ложки-двух.
- Интересно, когда повара успели все приготовить? Не на ходу же? – поинтересовалась она у мужа. – Вот это, это, это и вон то – ела и ела бы. Не оторваться. Передай им мою благодарность.
- Кому передать?
- Поварам же! Тем, кто приготовил эти кушанья.
- В Саритании принято благодарить слуг? – выгнул бровь князь.
– Это их работа.
- Поблагодарить не сложно, - возразила жена. – А человеку приятно. И в следующий раз он будет еще больше стараться.
- Он и так будет стараться, зная, что если не угодит, то его высекут, а то и вовсе головы лишат.
- Неправильно. Из-под палки и из-за страха ничего хорошего невозможно создать.
- Создали же, - Рагнар повел рукой над столом. – Сама говоришь, что очень нравится.
- Ладно, проехали, - вздохнула Светлана.
Глупо, конечно, со своими взглядами и идеями лезть в средневековый мир и пытаться перевоспитать средневекового феодала, тем более, мирового масштаба.
Трапеза закончилась, слуги убрали столы, и князь вышел, бросив:
- Не скучай, я ненадолго. Если что-то нужно – у шатра твоя служанка. Сама пока не выходи.
Ну, вот, опять – «женщина, сиди и не высовывайся»! И зря она полезла объяснять свои взгляды, никогда мужчина, тем более, обремененный властью, не признает, что он может быть в чем-то не прав.
