– Княгиня сама, добровольно обрезала свои волосы!
- Какое наказание вы объявили княгине? – спросил советник.
- Запретил ездить верхом и сказал, что забираю текинца.
- Лучше бы вы оставили ее без еды на день или два, - вздохнул Никодий.
- Я очень рассердился, княгиня повела себя неподобающе. Как она могла обрезать косы?
- Уже что сделано, то сделано, - вздохнул Никодий. – Княгиня очень решительная женщина. Я не знаю никого, кто добровольно решился бы на такой шаг.
- Как она про подарок сказала – «назад не заберу.
Я – не ты», - проговорил Рагнар. – Да, я уже и сам понял, что погорячился и вернул бы ей лошадь дня через два. Но я и подумать не мог, что она выкинет что-то подобное! Никодий, я на ком женился?
- На сильной и гордой женщине, мой князь. Она будет достойной княгиней, когда повзрослеет.
- Чувствую себя очень странно. Алана наказала себя намного сильнее, чем я хотел.
- Как сказать, Рагнар, как сказать! Мне кажется, вы очень сильно ее обидели, отобрав подарок. И, боюсь, обрезанные косы – это наказание не для нее.
- Для меня?
- Именно. Вам же нравилось на них смотреть?
- И не только смотреть, - Рагнар поднял одну косу, подержал и опустил назад. – Моя жена – необыкновенная женщина. И я ее совершенно не понимаю.
- До сих пор вы имели дело с женщинами, которые сами за вас цеплялись и старались угодить. Княгиня горда и знает себе цену, она не будет пресмыкаться и терпеть. Но только сильная женщина может родить и воспитать сильного мужчину. Боюсь, у вас всего два выхода: подчинить её или приручить.
- Посмотрим, ррыл возьми. Подчинить было бы лучше, но что-то мне подсказывает, что этого может не случиться, поэтому я постараюсь понять и приручить. Кстати, я отправил распоряжение, во дворце к нашему приезду никого из постельных грелок не останется.
- Правильное решение.
- Собери воинов, придется озвучить наказание для княгини. Все видели, какой она прискакала от озера. Скажу, что ее наказание – обрезанные косы и запрет на их отращивание в течение двух дней.
- А запрет на поездки верхом?
- Пусть ездит, - махнул рукой князь. – И жеребец ее, не заберу. Но это я ей сам скажу и наедине. Заранее не предугадаешь, как Алана отреагирует.
Деяна только руками всплеснула, увидев, что осталось от прически госпожи.
Светлана криво улыбнулась:
- Это большой позор?
- Позор? Нет, ведь женщина все равно на людях с покрытой головой ходит, - ответила девушка, с жалостью глядя на хозяйку.
