Князь хочет, чтобы ни у кого не возникло ни малейшего сомнения, что невеста была невинна и ребенок, которого она понесет, зачат именно князем.
- А просто простыни с пятном крови не достаточно? – Светлану трясло от страха и возмущения. – Ладно, я в… прошлой жизни взрослая женщина и знаю, чего ожидать от супружеских обязанностей. А если бы на моем месте была невинная девушка? Да она если сразу не получит разрыв сердца от стыда и страха, то точно навсегда приобретет отвращение к этой стороне взаимоотношений между супругами! Лишение девственности и так травмирующее психику событие, а тут еще и при других мужчинах!
- Разделяю твое возмущение, - проговорил Кроу.
– Но изменить мы ничего не можем. Когда дело дойдет до… супружеского долга, просто закрой глаза и представь, что вы одни.
- Легко говорить, - огрызнулась Светлана. – С чужим мужиком, на глазах других чужих мужиков… Средневековье!
- С мужем. И что такое это «средневековье», которое ты регулярно повторяешь?
- С чужим мужиком, - повторила Светлана.
– Муж или не муж – не важно. Я его не знаю, он меня не знает, у нас нет не то, что любви друг к другу, даже маломальской симпатии! Как я смогу довериться и расслабиться? «Средневековье» - это ваш дикий мир с дикими правилами.
- У нас мало времени, - напомнил магистр. – Сейчас сюда приведут мою дочь. Пожалуйста, не забудь попросить ее в подарок на церемонии прощания с домом!
- Да помню, помню я! – вздохнула Светлана. – Мне-то что делать? Я же не Алана, я этому князь оторву все… лишнее, чем он в меня тыкать примется на глазах свидетелей… Это насколько надо презирать женщину, чтобы так с ней поступать!
- Это обычай, у нас к этому относятся проще.
Я мог бы наложить заклинание равнодушия, но на осмотре его обнаружат, а после меня вряд ли подпустят к невесте, - вздохнул Кроу. – Извини, тут я ничем не могу помочь. Придется потерпеть. Напоминаю, мы теряем время! Подразумевалось, что ты сейчас купаешься.
Светлана вернулась в купальню, разделась и пару раз погрузилась в воду.
Машинально намылилась, смыла, машинально вылезла из воды и принялась вытираться.
- Ты еще не одета! - правительница ворвалась в купальню, будто за ней волки гнались.
О, матушка вернулись!
Светлана широко улыбнулась родительнице, еле сдерживаясь, чтобы ее не придушить.
- Не надевай это, сейчас дам другую сорочку, - мать выдернула из рук девушки тряпку и бросила ту на пол. – Вот, эту надень.
Ого, ткань-то другая, явно дороже, чем у ее белья.
