Там хранилось нечто очень важное. Мой отец - очень строгий, поэтому ему не следовало знать о нем… И я всегда проверяла, был ли кто-то в комнате… Я привыкла запоминать, как лежали вещи, - вздохнула Виннифред, улыбаясь. - Так я все правильно угадала?
Она словно создана, чтобы стать императрицей. Богиня явно привела ее сюда для этого.
“Я постараюсь привыкнуть!”, - скрипел я зубами. - “Я смогу преодолеть искушение!”.
Виннифред вышла за дверь, блестяще справившись с испытанием. Не иначе, как помощь Тиамат.
Лена подошла к камину, как вдруг я увидел, что ее платье загорается.
Огонь ползет по юбке.
Уже через мгновенье я сдирал с нее корсет, с хрустом разрывая его руками. Ее податливое тело дергалось, когда я рвал в клочья платье, сдирая горящую юбку.
“Нет… Прекрати… Думай о Виннифред!”, - стиснул я зубы, глядя на Лену с ненавистью. Я тебя так ненавижу, что готов испепелить любовью.
“Держись! Отвернись! Не смотри!”, - скрипнул я зубами, направляясь в спальню. Сгребая одеяло, я возвращался к девушке.
Она все еще стояла, обнаженная и такая прекрасная…
“Спрячь искушение!”, - шумно вдохнул я, испепеляя взглядом ее фигуру.
Одеяло обрушилось на ее плечи, но Лена и не шевельнулась. Лишь вздрогнула, когда я коснулся ее рукой, словно невзначай. Я расправлял несуществующую складку, изнывая от желания поцеловать.
“Дразнишь?”, - задыхались мысли.
“Зачем ты меня дразнишь?”, - сжалось сердце. - “Я ведь - не Кассиодор. Я испепелю… И неважно… Ненавистью или любовью… Это он у нас способен на долгие ухаживания”
Я уже не соображал, что делаю, когда рука, расправляла складку на одеяле и скользнула ниже, а вторая нырнула под одеяло, скользя по изгибам ее тела.
Пламя внутри превратилось в пожар. Я раздвигал ее губы жарким поцелуем, сжимал ее в руках. “Остановись!”, - шептал я себе, с наслаждением целуя и скользя рукой по нежной шее. “Остановись! Ты же принц! У тебя отбор!”, - билось в голове, когда я прижал ее тело к себе, чувствуя, как от прикосновения обнаженной кожи внутри все взрывается.
“Это испытание! Искушение!”,- звенело в голове за секунду до того момента, когда я прижал ее к стене.
“Плевать!”, - прорычал я, упиваясь ею и мечтая о секунде, когда она станет моей. Навсегда. Мне плевать, кто победит в отборе! Я хочу эту женщину. Сейчас же! Немедленно!
О, это запах ее кожи. Он сводит меня с ума. Я хочу, чтобы она была моя. Я сделаю ее фавориткой. Я буду дарить ей украшения, платья, которые сам же и буду срывать с нее… А жена? А что жена? Не я ее выбирал.
