Язык архаичный, со множеством пропавших букв и выпавших из употребления слов, но кому надо — тот разберётся.
Мне было очень надо.
Извлекать из сумочки книгу пришлось бережно и осторожно, чтобы не зацепить ювелирные лапки, державшие камни в пазах. Справившись с распаковкой, я подняла повыше увесистый талмуд. Посверкивающая гранями книженция производила должное впечатление. Судя по возмущенному гулу среди преподавательского состава, редко кому выдавали устав академии на руки.
Да что там, вряд ли кто-то из нынешних экзаменаторов его вообще видел, не то что читал.
— Покажите мне, пожалуйста, где именно в уставе сказано, что женщина не имеет права поступить на целительский факультет? Или на любой другой, — не без издевки вопросила я.
Комиссия замялась. Волосатый ректор сделал вид, что полностью погружён в сортировку документов.
— Вы проходите по баллам, — недовольно процедил седовласый декан целителей. — Не думаю, что вы задержитесь на нашем факультете, но раз дама так настаивает, мы вынуждены согласиться.
А мне большего и не надо было.
Присев в не очень уважительном книксене, — а что? половина приемной комиссии ниже меня по родовитости — я гордо пересекла зал и встала рядом с цветом нации: будущими целителями.
Меня тут же кто-то из близстоящих попытался облапить за турнюр.
— Жить надоело? Фамилию мою не расслышал? — процедила я краем улыбки, продолжая любезно и благодарно скалиться в сторону ректора.
Позади меня сочно хмыкнули.
— Лорд Суон мёртв — защитить тебя, цыпа, некому.
Я с трудом сдержала порыв парализовать наглеца к чертям.
Мало ли, успеет ответить, а он пока еще не под клятвой — вред мне нанести очень даже может. Поэтому включила милую дурочку и пролепетала:
— Дядюшка Кейн говорил, что не оставит сиротку без присмотра, — еще и глазами захлопала, повернувшись вполоборота. Надо же разглядеть, кто тут такой наглый. Для дальнейшего воспитания. Парень был блондин, как и большая часть рионцев, длинные волосы собраны в хвост, высокий ворот рубашки настолько накрахмален, что об него можно при желании порезаться.
Тёмные брови и ресницы при светлых волосах выдавали древний род.
Я тебя запомнила.
— Какое мне дело до твоего дяди? — разошёлся было малец, но получил локтем в бок от соседа.
— Кейн Доэрти! — расслышала я лихорадочный шёпот правее, позади судорожно сглотнули и дружно отступили от меня для надежности на пару шагов во все стороны."
"Удовлетворенно улыбнувшись, я вернула все внимание приветственной речи, с которой выступал ректор.
