Хотя…
Если допустить, что я и правда жила в своём мире, так сказать, взаймы… Частью души, которая разрывалась между двумя телами. Откуда тут магии взяться? Чудо, что мы с принцессой вообще выжили! Зато теперь, когда душа объединилась, магия потихоньку прорастает наружу.
И тут меня осенило еще раз: раз у меня целительская магия — я же могу себя вылечить!
Первая попытка самолечения закончилась глубоким обмороком.
Хорошо, что экспериментировать я начала у себя в комнате, так что моего состояния никто не заметил.
Я сдуру попыталась просканировать собственный мозг и выяснить, где же у меня случился тромб или мини-инсульт — в общем, то, что сделало меня инвалидом. Вычитала недавно в одной из методичек, пока ждала, чтобы доварилась очередная порция мази. Вроде как нужно сконцентрироваться и послать мысленную волну сквозь пострадавший орган.
Волна-то пошла…
И голова моя пошла. Кругом. И упадок сил наступил такой, будто я неделю лежала в постели с гриппом. А то и две.
За завтраком я буквально вылизала тарелку с грязно-серой жижей, которую здесь называли кашей.
С настоящей овсянкой этот ужас и рядом не стоял, но моему истощенному телу требовались калории. Выбирать не приходилось.
К счастью, за мое непристойное поведение за завтраком меня отправили на кухню мыть посуду.
Меня подташнивало от омерзения, но я впихивала в себя остатки еды на чужих тарелках, физически ощущая, как мне становится все легче.
Срочно в библиотеку!
Сразу, к сожалению, попасть туда не получилось.
После отработки пришлось еще помучиться на занятиях танцами, где я, прихрамывая, изображала престарелого партнера для Хилли. Сестра Деми, сухонькая чопорная монахиня сильно преклонного возраста, давно отчаялась увидеть от меня движения, достойные леди, так что я в основном изображала недостающих партнеров, когда они требовались по рисунку танца. В остальное время отсиживалась в углу.
Спустя час издевательств нас отпустили, но учеба на сегодня еще не закончилась.
Утренние занятия математикой я пропустила, так что пришлось наверстывать. Все-таки хорошо, что принцесса правша. Хоть писать я могла нормально. Быстро заполнив столбик ответами: котангенсов и интегралов от нас не требовали даже в выпускном классе, все сложности ограничивались умножением до ста и делением. В пределах тысяч, не больше. Попадались довольно сложные для местных математические действия, со скобками, и даже три уравнения с одной переменной.
