Она нашла самый сильнодействующий рецепт, в порошке, но строго предупредила о побочном эффекте: при передозировке я рисковала не проснуться вообще.
Учту.
Глава 4
Дозу я рассчитывала долго: недоберёшь — не подействует, сыпанёшь многовато — опять просплю до обеда. Главное, не слишком много. Не проснуться совсем мне не хотелось. Наконец, опытным путём я нашла идеальное соотношение, при котором ощущения тела тупели, а мозг оставался активен.
Теперь можно и оперировать.
Проводить надрезы на самой себе оказалось неожиданно удобно.
Боль ушла, осталось только ощущение легкой заморозки, как в стоматологии. Вроде все чувствуешь: и как плоть поддаётся, и как волокна мышечные раздвигаются, а в голове — спокойствие и какая-то пустота. Но пустота правильная, холодная. А где-то в глубине голос нашего завкафедрой командует:
— Ниже, ниже подрезай. Тут тоненько — порвёшь и не заметишь. Теперь натяни, чтоб видно было, где следующий делать. Разгибай руку, разгибай.
И почему мое подсознание выбрало именно строгого, но очень умного бородача для руководства операцией, понятия не имею.
Было сюрреалистично, но временами даже весело.
Сильно подозреваю, что среди трав для порошка затесались мухоморы.
Ничего этого в методичках не было даже близко. На самом деле, все, что в них содержалось, — теория. Принцип построения заклинания, несколько примеров, среди них то самое, убойное обезболивание, и магический сканер, почти МРТ. Все остальное я придумала сама, буквально на коленке: просто представляла, что должно произойти, вливала силу и называла как-нибудь.
Вроде «стежок» или «разрез». Я практически уверена, что приличные маги-целители лечат как-то по-другому, и мое желание попасть в академию увеличивалось с каждым днем.
Как я поняла из местных газет, академия была одна на всю столицу, и обучали там всему, просто на разных факультетах. В отделения бытовой магии и искусства даже принимали женщин! Из тона статьи можно было догадаться, что молоденькие аристократки отправлялись в академию из трёх соображений: это модно, это повышало престиж семьи и там можно было найти мужа.
Причём последнее перевешивало все прочие."
"Следующие две недели прошли как всегда. Я потихоньку разрабатывала руку и ногу. Решила начать выздоровление все же с ноги. Раз я не могу ходить в лес из-за обещания, проведу неделю с пользой. Несколько дней я лежала практически все время, только спускалась поесть и на занятия, хромая пуще прежнего.
