Девочка с чистой душой, которой столько пришлось пережить в детстве, никогда не потребует от меня отказаться от ребенка.
Я солгу, если скажу, что я не задумаюсь о том, кто биологический отец Алины. Если это не я… Не хочу об этом знать, потому что где-то глубоко внутри боюсь, что мое отношение к дочери может измениться. Алина не любила дочь, она родила Аяну, чтобы манипулировать мною, привязать к себе. Я стал презирать ее за отчужденность и безразличие к малютке, которой нужна была забота и любовь матери.
Наш брак был моей самой большой ошибкой, он держался на шантаже и партнерстве наших отцов.
Аяна — жертва моих амбиций и самоуверенности, а также мести, расчета и ревности Алины. Я буду последней мразью, если начну выяснять, кто настоящий отец Аяны. Я не предам Аяну. Ее отец — я.
Дочка не хочет отпускать меня. Мы долго играем, на часах почти восемь вечера, когда я собираюсь уезжать. Каждый раз, уходя от малышки, мысленно ругаю себя. Неправильно нам жить на два дома. Чувствую себя предателем.
В моем сердце две девочки, без которых я не представляю свою жизнь. Настанет день, когда мы будем жить вместе…
Заезжаю в торговый центр. Тут все рябит от обилия праздничных украшений: везде гирлянды, шары, новогодние фигурки, елки… Словно в лавку чудес попал. Мужчина в таком царстве способен лишь растеряться, что и происходит со мной.
— Могу вам помочь? — выплывает ко мне миловидная девушка-консультант с большой грудью. Организм реагирует на одаренное природой тело. Просто физическая реакция, секса не было давно, с моим темпераментом — проблема, но лишь одну девушку я по-настоящему хочу, на меньшее размениваться неинтересно.
Пресно и невкусно.
— Да, мне нужна голубая пышная ель, — описываю размеры. — Игрушки — полный комплект.
— Вам стеклянные? Шары, фигурки? — улыбается.
— Полный комплект украшений, цвета должны сочетаться, — это я тоже узнал от брата. — Фигурки Деда Мороза, Снегурочки… Оленей давайте, снеговиков. Что там еще нужно?
— Гирлянды?
— Да, — соглашаюсь.
— На улице будете вешать гирлянды?
— Да, — посматривая на часы.
— Все поняла, сейчас будет готово…"
"Через полчаса коробками заставлены багажник и заднее сиденье. Охрана смотрит на меня так, словно у меня с головой не все в порядке. Хотя они давно уже поняли, что я окончательно и бесповоротно помешан на своей жене. Если раньше держал себя в руках, то теперь отпустил. Дома я хочу быть любимым и счастливым. А для всего остального мира останусь хищным зверем.
