Лисий капкан

А потом по камерам вычислили твою тачку, которая ехала по трассе «Медвежьегорск». Ты бы не отделалась, поверь. У моего отца везде связи, он поднял на уши всю полицию и сделал детализацию моих звонков, в том числе и с мессенджеров.

В моих глазах появился вопрос «Как? Это же невозможно сделать!», и Егор этот вопрос прочел.

– Да-да, мой отец многое может, когда сильно приспичит. Сегодня утром я успел выгородить твою задницу, сказал ему, что мы вместе ехали на озеро отметить твой день рождения. Кстати, он добавил кое-что, что поставило меня в тупик: «Но по камерам видно, что она в машине одна».

Ты же нарочно попросила достать воду из-под сиденья именно в тот момент, когда мы проезжали камеру, не так ли? Что молчишь-то? Браво! Извини, похлопать не могу! – Он кивнул на иглу в вене. – Тут даже врать не пришлось, так отцу и сказал. Мы благополучно добрались до озера, сели праздновать твой праздник, и тут я нечаянно назвал тебя Оксаной. Этого тебе было достаточно, чтобы серьезно обидеться и уехать в город, оставив меня там. Я шел к трассе, чтобы поймать тачку. Последнее, что я помню, как на меня мчалась какая-то белая машина. Как тебе байка? Сойдет? Небось, сейчас ангела во мне увидела? Ты не думай, Лиса, я не всепрощающий кретин. Но прежде чем расскажу отцу, как всё было на самом деле… – Он замолчал, несколько секунд смотрел на меня пронзительно и горько, а затем тихо добавил: – Хочу послушать тебя."

"Настал момент, которого я так долго ждала. Вот только эмоции теперь совсем не те.

И черти давно меня оставили. Вместо уверенной девицы, которая должна сунуть ему в лицо фото Миры со словами: «Ну что, не ожидал, что она – это я?», дрожащей рукой отыскала в телефоне сохраненное фото, развернула ему экран с девочкой в брекетах и задала вопрос, который съедал меня изнутри на протяжении нескольких дней:

– Ты знал ее?

Держа телефон на вытянутой руке, отслеживала его реакцию. Он долго смотрел на экран. В его взгляде не было ни удивления, ни испуга, ни чего-то вроде «где-то я ее видел».

Там была пустота и полное равнодушие. Затем, нахмурив брови, перевел взгляд на меня.

– Кто это?

– Ответь на мой вопрос: Ты. Ее. Знал?

Мой голос задрожал. Что-то мне подсказывало, что я едва не убила парня, который души во мне не чаял. Парень, который увидел фото изнасилованной им девушки, повел бы себя совсем иначе. Должно было что-то щелкнуть внутри, его выдал бы взгляд, голос…

– Впервые вижу, – спокойно ответил Егор.