Его конь смирно стоял рядом с телегой, то и дело воровато пытаясь прихватить пучок наваленной на доски соломы.
Дамочку видно было плохо, в паланкине царил полумрак. Наверное, так и задумывалось, чтобы неписаную красу с улицы абы кто не разглядывал. Но отчего-то мне показалось, что носик барышни презрительно сморщился.
— Вы давно не заезжали в столицу, — послушно перешла девушка на формальную речь.
Я, признаться честно, выдохнула с облегчением еще на «кузине». Окажись это бывшая невеста, впору ревновать.
Очень уж заинтересованно она поздоровалась.
— Мы здесь по приглашению его императорского величества. На турнир. Как и прочие.
Лис повел рукой, обращая внимание собеседницы на усталых, пропыленных учеников в одинаковых плащах. Что характерно, он сам такой же накинул сегодня с утра, чтобы не выделяться или поддержать своих, а может, и то, и другое. Так что догадаться можно было без особых проблем.
Однако девушка предпочла изобразить дурочку.
— Вы же остановитесь в нашем доме? Папеньке будет приятно, если вы почтите нас присутствием, — прощебетала она.
— Боюсь, не смогу так сразу. Возможно, после соревнований, — вежливо увильнул Ли. — Мне бы очень хотелось побеседовать с достопочтенным господином Джун и сыграть партию в го, как в старые добрые времена, но увы — мои подопечные нуждаются в постоянном присмотре.
Цинь точно была недовольна отказом. Из паланкина повеяло холодом. Ли рефлекторно поднял щиты — я ощутила телом колебания воздуха.
Вот тут девицу проняло.
Не знаю, собирался ли господин Хайн сходу демонстрировать всем свой настоящий потенциал, но получилось как получилось.
Он не так давно объяснял, почему избегает столицы и прочих мест скопления одаренных. Любое использование магии раскрывает весь веер хвостов перед другим оборотнем.
И кузина Цинь наверняка заметила, что Ли стал гораздо сильнее, чем прежде.
— Что ж. Будь по-вашему, — медленно, задумчиво произнесла она. — Я передам папеньке, что видела вас у ворот.
Прозвучало как угроза.
Занавеска колыхнулась, скрывая содержимое паланкина. Повинуясь стуку по опоре, носильщики вновь подняли конструкцию и, шагая синхронно, поволокли дальше.
Столичных обитателей пропускали вне очереди, чтобы не создавать совсем уж зверских заторов.
Я подождала реакции лиса.
Он молчал и о чем-то напряженно размышлял. Пришлось тронуть его за рукав, приводя в чувство.
На нас глазела вся очередь.
