Например, одному парню он отрастил обратно пальцы. Не целиком, это якобы слишком энергозатратный процесс и пусть дальше пострадавший сам, но регенерацию запустил. На месте трех куцых культяпок образовались тоненькие и крошечные, как почки, зародыши новых фаланг.
Я едва успевала ахать от восторга. Причем совершенно не притворялась, меня действительно впечатлили разносторонние таланты хозяина школы. Кто бы мог подумать, что боец еще и врач по совместительству!
Только вместо того, чтобы оценить мое неприкрытое восхищение, господин Хайн отчего-то мрачнел все сильнее.
— Прекрати болтать. Отвлекаешь! — наконец буркнул он.
Я заткнулась.
Мешать чудодейственному лечению — ни за что!
Но немного обиделась. Я же от всей души!
К счастью, из всей «палаты» мы никого больше не потеряли. Лис как чуял — а может, и правда чуял — и в хаотичном с виду порядке подходил к тем, кому хуже всего. Один раз метнулся к безмятежно спящему пареньку в бинтах на животе. Оказалось, внутреннее кровоизлияние. Еле вытащили.
Разобравшись с последним пациентом, господин Хайн пошатнулся.
Я тут же поднырнула под его руку.
Мужчина с усилием выпрямился, но видно было, что далеко он так не уйдет.
— Держитесь, я помогу дойти до вашей спальни, — прошипела я, догадываясь, что великий основатель школы не хочет показывать слабость.
— Это позор! — выдохнул лис, делая страшные глаза.
Не раздумывая, я переместила руку, которой он на меня опирался, к себе на задницу.
Пальцы рефлекторно сжались, сминая полупопие.
Я игриво взвизгнула и протянула:
— Вот это силища у вас, господин Хайн! Еще и на девиц хватает! — и чуть ли не волоком вытащила его за двери.
Двор мы миновали по синусоиде. Благо никому до нас не было дела — кто убирал последствия нападения, кто разбирался с трупами. Сильно подозреваю, что работники отворачивались по той же причине, по которой я хихикала как безумная.
Щадили гордость господина Хайна.
Во флигеле он позволил себе немного расслабиться, обмяк, и дальше двигался, держась и за меня, и за стену.
"
"Стыдно признаться, на постель я его фактически уронила. Спина не выдержала напряжения, и колени подогнулись.
Мы рухнули вместе. Шею придавила мощная рука, внезапно растерявшая всю силу. Я с трудом высвободилась из увесистого захвата, отползла на коленях подальше, на пол, и собиралась уже отправиться к себе в каморку.
Нет, сначала все-таки помыться. Потом в каморку.
За сегодняшнюю безумную ночь я успела пропитаться не самыми аппетитными запахами.
